Истребитель

Тем временем, кряхтящий от боли старшина поднялся с пола и, растирая плечо, беззлобно произнес:

-Ну и хватка у тебя, сынок. Однако не будь здесь генерала, я б все равно тебе пулю в бок, успел бы всадить. Побоялся его зацепить

-Пройдемте, товарищ лейтенант, я верну вам оружие, - перешел он на официальный тон. Но не сдержался и добавил: - Моли бога, чтобы успели самолет приготовить до того, как особист вернется. Он сейчас в отъезде. Так мыслю, от верной смерти ты, парень, чудом ускользнул.

Больше старшина к теме не возвращался.

А Павел, получив снаряжение и документы, кинулся в казарму, торопясь собрать вещи и вернуться к капонирам, чтобы проследить за подготовкой самолета к вылету.

Генерал сидел в крепком, скроенном из цельных кусков дерева, кресле и задумчиво просматривал свежий номер газеты.

Стук в дверь оторвал от чтения. Он поднял глаза. В проем заглянул красноармеец.- Задержанный доставлен, - рявкнул он, поедая глазами небожителя.

Боец впустил арестанта и закрыл дверь.

Жора, пытаясь держаться независимо, переступил на мягких подошвах. И поднял глаза на высокое начальство.

Ну, здравствуй, Маленький, - негромко произнес генерал, поднимаясь на ноги. Он шагнул к урке, и тот, замерев от неожиданных слов, с изумлением всмотрелся в суровые черты лица собеседника.

-Мать... - охнул жулик. - Павел Андреевич. Так ведь сказали, что расстреляли тебя, Вас, - выдохнул арестованный. Жора замялся, не решаясь протянуть руку.

Но генерал сам шагнул навстречу и обнял нелепую фигурку.

-Думаешь, я забыл, как ты меня на шмоне от вертухаев спас? - прошептал он на ухо жигану. - Сколько тебе изолятора влепили, десять суток?

-А меня еще в сороковом оправдали, и ордена вернули, и звание, - генерал отстранился и указал на стул: - Садись, чайку попьем. Как ты то здесь оказался? Спер что-нибудь опять?

Выслушав историю босяка, он задумался: - Да, попал ты, Жора, в переплет. А я, как тот паренек сказал про жизнь, думаю, кто это твой афоризм цитирует?

-Павел Андреевич, ты не забивай голову-то.

Я ж понимаю, тебе за меня подписываться нынче не резон, - ответил Жора. - А паренек нормальный. Я людей сразу вижу. Ты его не отдавай этим упырям. Чую напраслину на него гонят. А паренек правильный, духовитый.

-С ним я сам разберусь, - грубовато отмахнулся генерал. - Ты бы о себе подумал.

-А что я? Пока живой - жить буду, смерть придет - помирать. Знать планида такая, - невесело усмехнулся собеседник.