Старшая дочь

Вы будете писать письма и отчеты, а, если нужно, и почерк мой подделывать научитесь.

- Но как… - у коменданта пересохло во рту, - Одумайтесь, Ваше Высочество. Обманывать кронпринца?.. Если все вскроется, меня расстреляют.

- Интересно, почему вы не подумали об этом раньше, когда разбазаривали государственные деньги? Боитесь наказания? Что ж, значит у вас есть дополнительный стимул выполнить мою просьбу в лучшем виде. В крайнем случае, думаю, расстрел лучше, чем десять лет каторги на рудниках, - Фред обернулся.

Часы за его спиной пробили полдень, - О, кажется мне пора на станцию. Прощайте, Альбрехт. Не подведите меня.

Когда дверь за принцем негромко затворилась, Краузе уткнулся лицом в подушку и тихо заплакал.

* * *

- Завтрак готов! – громко объявила Юнна, но никто не ответил.

Характер у нее был нетерпеливый – не прошло и пяти минут, как девушка уже стучала в дверь квартиранта. Ответа не было.

- Ваше благородие, пора вставать. От обеда вчера отказались, сегодня не спешите завтракать, разве это дело? Так и до голодного обморока не далеко, - Приблизившись лицом к двери она добавила шепотом, - Даже бунтовщикам нужно иногда есть.

От легкого прикосновения дверь отворилась. Юнна вошла и увидела, что комната пуста. О том, что еще недавно здесь жил Фред, напоминал лишь легкий шлейф аромата дорогих сигар. Лицо Юнны побледнело, уголки губ опустились. Она прошла по комнате. Взгляд остановился на письменном столе. Там лежали сложенные напополам листки, а под ними несколько ассигнаций крупным номеналом.

На верхнем листе значилось ее имя. Юнна встрепенулась, схватила бумагу и с жадностью стала читать.

«… и главное, прошу вас, не цепляйтесь за обустроенный быт, ничего не бойтесь. Вы молоды и обворожительны, вам необходимо налаживать свою жизнь. Поверьте мне, в Сальгейме это будет невозможно. Каждая улица, каждое неприветливое лицо напоминает вам о вашей трагедии. Вам, Юнна, нужно уезжать и лучше всего в столицу. Там обязательно найдется работа, где ваши силы могли бы пригодиться.

Будущее стоит за большими городами, где много заводов, фабрик, а значит и трудовых людей. Среди них вы можете найти друзей и единомышленников. Не бойтесь оставить лавку отца, езжайте работать в Ивельдорф…»

Юнну поразили эти слова, но не того она искала в письме. Искомое было в самом конце.

«… Простите, что уезжаю вот так, не попрощавшись. Мне кажется, так будет лучше. Не хочу, чтобы вы привыкали ко мне.