Легенда.

Говорил, что неправильно это есть одну и ту же кашу, пить одинаковый мед, тому, кто рискует жизнью, терпя лишения походной жизни, ночуя в поле на голой земле, и тому, кто каждый день просто мирно работает, засыпая в мягкой перине, обнимая жену. Так не должно быть. Боги видят это, и ничего не делают.

Но есть другая сила, которую они в силу своей эгоистичности не желают слышать. Эта сила борется за справедливость, и все больше и больше разумных жителей земли переходят на ее сторону. Мощь ее растет с каждым днем.

Тот кто примкнул к ней, становятся счастливы, получая дары свободы.

Сила эта — Чернобог. Каждый служит ему в силу своих возможностей, лишнего не требуется, главное условие только одно — знать, что бог один, что он превыше всего: превыше семьи, детей, родины и чести, а взамен, ты сам становишься своеобразным богом для тех, кого поработил. Все справедливо. Тот кто не может себя защитить, служит тому кто его защищает.

Согласись, что красивые слова. Купился на них не только я, но и вся стая.

Нам отдали во владения тот лес и все поселения вокруг. Делай что хочешь, ты полный хозяин, и закон только один — твой. Безнаказанность развращает.

Федогран молчал и слушал, он не знал что ответить оборотню, а тот говорил не поднимая глаз.

— Когда я вас увидел, двоих, в дыму с мечами, стоящих рядом и готовых умереть друг за друга, меня как обухом по голове. Осознание своей никчемности пришло. Ведь я потерял возможность дружить, продавшись за возможность управлять человеческими судьбами, за обертку.

Меня боятся, меня может даже уважают, но отдать жизнь ради меня...? Нет...

— А чего тут такое происходит? Я чего-то пропустил? — На кровать, на подушку вскарабкался шишок, и дернул Федограна за ухо. — Чего молчите-то?

— Уйди букашка. — Сверкнул на него глазами Вольх.

— Могу и уйти, но из крысиной норы очень неудобно подслушивать, а здесь и сидеть мягко, и слышно лучше. — Нагло заявил Илька и сел, вытянув ноги и облокотившись на спинку кровати. — И вообще... Хватит обзываться.

Я не просто так пришел, я по делу. Давай уже извиняйся побыстрее и проваливай, тем более, что тебя уже простили все давно.

— С чего ты взял, что я прощения тут прошу? — Вскинулся оборотень.

— Ну не просто же ты так глазки в землю опустил, как девка на выданье, еще бы покраснел, для приличия, и тогда бы я точно не догадался. — Рассмеялся тот. — Но хотя можешь и не проваливать, разговор в общем-то не секретный. Тут такое дело. — Он повернулся к Федограну.