Легенда.

Ныряла куда-то прямо в нее. Только что вот была, и уже нет. Это знак, того что леший рядом и начал свои шутки. Федогран изобразил растерянность, и спрыгнул с Чепрака. Завертел головой, словно пытался понять: «Куда же им дальше двигаться?», а потом резко развернулся и прыгнул, расставив руки, словно пытаясь обнять все пространство.

Леший увернуться не успел. Слишком все быстро и неожиданно для него произошло. Маленький корявый сучек. Именно сучек. Только такое описание этого духа подходит больше всего. Сам посуди, дорогой мой читатель: Тельце-веточка, без всякой шеи переходящая в остренькую голову-еловую иголку, состоящую по большей степени из кривого загнутого несколько раз, под разными углами носа, раздвоенного в конце.

Два малюсеньких близко посаженных глаза, растерянно сверкающих красными угольками, и кругленький, вытянутый, причмокивающий ротик.

— Отпусти! — Запищало создание. — Немедленно отпусти. Бежать надо. Да не держи ты меня дурак. Не понимаешь ведь ничего. Сейчас запоёт, все тут останемся.

Ну что ты глазами хлопаешь? Бежим скорее!!! Да чтоб тебя. Поздно.

— Прекращай кривляться. — Усмехнулся Федогран. — Я не для того сюда приехал, чтобы смотреть, как ты скоморошничаешь. Где шишок с братьями?

— Давай его в болоте притопим, слегка. — Спешился рядом Хоквуд и улыбнулся так, что леший содрогнулся. — Он тогда нам все расскажет, если конечно выживет.

— Я бы и так вам все, рассказал. — Вздохнул горько лесной дух. — Только вот теперь вряд ли вам будет это интересно.

За спиной героев захлопало, словно огромная птица опустилась в чащу ельника.

Едва слышно, как шепот морского бриза, донесся обворожительный женский голос. Зазвучала песня, и так нежно, словно в далеком детстве, бабушка запела колыбельную.

— Баю, баю, баю, бай

Сварга звезды зажигай.

Прадед с бабой в небесах,

Спи воитель в сладких снах.

Во мураве почивать,

Млеко белое видать.

Суть родное во крови,

От говядо корови.

Сон благой да от небес,

Принесет тебе Велес.

По млеку шагает он,

В твоей зыбке угомон.

Баюнок к тебе идет,

Матерь песенку поет...

Федор зевнул. Стало все как-то сразу безразлично: «Все суета. Какие такие поиски? Кого он там ищет? Зачем? Вон Хоквуд уже завалился и похрапывает, свернувшись калачиком и сунув палец в рот, посасывает, как пустышку. Хочется так же, развалится и ни о чем не думать.

Леший свесил голову и сопит глубоким сном. Смешной. А зачем он его вообще держит в руках? Какая глупость. Надо ложиться. Глаза слипаются. Он так устал.