Легенда.

Хотя дураком он никогда не был. Идемте, его у меня нет с собой, он на алтаре у ручья.

— Велес, велемудрый, батюшка наш. Услышь словеса наши, обрати свой взор на дела наши, виждь нас, детей своих, мы пред твоим оком предстоим. Раденье тебе кладём, с чистотой сердец наших. На всяк день, аще и на всяк час, встань с духом нашим духом своим. Прими во ум твой деянья наши, и будь в них порукою... Ты волшбит и чародейство ведущий, за скотами и зверями радеющий, трясовиц прогоняющий, боли и хворобы изгоняющий, живота людине дающий, прими от нас — детей своих хваление сие.

Мы чтящие тебя и любящие, и любы от сердце дарящие...

Браслет висел на треноге, сделанной старым колдуном собственноручно, согласно правилам ритуала, и воздвигнутой над негаснущим костром на поляне Ягиры. Звезды блистали в безлунном небе. Самое время для таинств. Все стояли молча и смотрели как Чащун поет молитву освобождая бога.

Они долго разговаривали до этого. Браслет и дух жизни. Это было страшно. Жутко смотреть как ругается Чащун, и как отвечает ему искрами злобы браслет, как они вместе смеются, один дымом, другой ярким светом, часто меняя настроение невпопад.

Разговор длился долго и тяжело, но они наконец договорились, и началось действие, вызволения из узилища старого врага, который должен был стать другом. Отчаянный шаг, но оправданный.

Как себя покажет Велес? Даже у богов не спросишь, потому что он и есть бог.

Глава 14 Встреча в лесу

Браслет мелко вибрировал, плевался то кляксами потустороннего мрака, то искрами божественного огня, то воспламенялся Бенгальскими искрами, раскидывая по поляне запах благодати.

Кряхтел, как старый дед, выл как пес на луну и плакал как новорожденный, голодный младенец, которому мамка не дает грудь, и все это одновременно, нагоняя тоску, жуть и восхищение.

Чащун стоял, склонив голову, сложив руки на груди и не переставая, беззвучно, одними губами протяжно молился, окутавшись клубами подсвеченного костром дыма. Рядом с ним, стояла Ягира. Она молчала, хмурилась, и водила руками, проводя только ей понятный ритуал.

Ожидание чего-то грандиозного витало в воздухе, и его даже физически можно было пощупать, только протяни руку. Но никто не смел даже пошевелится.

Братья находились неподалеку, и наблюдали за происходящим. Напряжение нарастало, даже ельник замер в ожидании результата, перестав раскачиваться в замершем в испуге ветре. Ночные птицы молчали, попрятавшись в гнездах, и только звезды все так же безучастно наблюдали за чудом мигающими искрами глаз.