Великий князь Михаил Александрович (император Михаил II - 1)

Александр Сергеевич, кстати, тоже с этим был согласен и поэтому довольно скромно сел на стул, поздоровавшись и двинув в сторону саблю в ножнах (Он был в положенном скромном мундире штабс-ротмистра гвардии). Посмотрел на Николая II.

Император Всероссийский к концу своего первого десятилетия правления был по внешнему виду где-то посередине между двумя известными фотографиями молодости и пятидесятилетия. Бородка уже взрослая, но лицо не старое – ни морщин, ни мешков под глазами. Крепкий мужчина среднего возраста. Лет на десять старше попаданца эпохи смерти.

Фу, ну ты и сказал!

- Ваше императорское величество! - прочувственно сказал Михаил Александрович, - наш вчерашний разговор меня очень взволновал. Всю ночь не спал и все-таки решил поехать на войну. Ведь я – младший брат нынешнего государя и находившийся столь близко от престола – не могу сидеть около женской юбки, если на границе отчизны идет такая кровопролитная война. Но для начала пойду все же только командиром батальона. По чину и после аттестации в инфантерию.

А там посмотрим по моим боевым делам! Благослови, брат!

Николай II испытывающе посмотрел на младшего брата. Чувствовалось, тяжело ему далось это судьбоносное решение. Лицо обострилось, мешки под глазами набухли. Даже с ним как-то чудаковато заговорил. Болеет за Россию и за него, своего августейшего брата. И наград не попросил – ни чинов, не больших должностей, ни орденов.

Поэтому заговорил с ним гораздо мягче, чем вчера:

-Я рад за тебя, брат. В это трудное время наша семья должна быть в трудную передовую линию боя, - с пафосом заговорил Николай.

И сразу без перерыва, уточнил: - так может, хотя бы на дивизию? Недавний цесаревич и на батальон. Как-то маловато. Люди могут и не понять, подумают, что отправил в ссылку. И так уже после рождения сына Алексея ты лишаешься титула цесаревича. Теперь вот на Дальний Восток, на войну…

Однако же, - удивился попаданец, - а ведь ребенок еще не родился. Здесь уже есть аппараты и технологии?

А Михаил Александрович, в свою очередь переходя через трудное начало разговора, заговорил проще и оживленнее:

- Нет, брат, прости, если уж начинать, то обязательно снизу.

Я не так талантлив, как наш предок Петр Великий. Но ведь и он начинал с нижних чинов. А если пойдет хорошо, постепенно пойду вверх. Поддержишь?

- Дай-то Бог, брат, - согласился Николай. Он явно придерживался такой же практической позиции, но должен был ему что-то предложить получше, как император. Потом поощрил после категорического отказа: - воюй.