Шаг в сторону

– Звиняйте, вашсветлость, припоздал – там мертвечину порубать маленько надо было!

Ответить Эрик не успел. Именно в этот миг небеса разверзлись, откликнувшись на призыв колдуна Йохана – и с них пала молния… Вонзившись аккурат в одоспешенную фигуру мёртвого рыцаря.

Взрыв белого света на несколько секунд ослепил Эрика, выжег в его глазах до боли чёткую картинку, похожую на страховидную гравюру всадника-Смерти: скелет верхом на скелете коня – чёрный узор костей непостижимо проступает через металл доспехов.

Молния угасла, оставив тьму в глазах и ошеломительный запах грозовой свежести, от которой даже взмокшие волосы под шлемом шевелились.

Проморгавшись, к облегчению своему («Вижу, слава Тебе, Господи!»), Эрик разглядел, как медленно и величаво осыпаются наземь обгорелые кости в потёках оплавленного металла. Конный скелет испепелённого всадника смерти, похожий на каркас монумента, ещё секунду держался – а потом подломился и рухнул, как обугленный остов сгоревшего дома. Покатился по земле шлем с почерневшим черепом.

– Вот так, вашсветлость! – ничуть не смутившийся и не удивлённый Медведь закинул глефу на плечо. – Вы того, запомните на будущее: рыцаря, паскуду, надобно алебардом в забрало бить, только так его с коня и свалишь!

Эрик диковато взглянул на ирландца. И как раз в этот миг на землю обрушился град.

*****

Хуго Мортенс схватился за опору шатра. Он всем телом и душой ощущал поток незримой Силы, вихрем гулявший вокруг холма с фигурами двоих колдунов на вершине: не тёмной, не злой, но столь могучей, что она казалась ветром, валящим с ног! Сила стекалась к холму со всех сторон – и столпом уходила в небесную высь.

На глаза наворачивались слёзы, но он заставил себя смотреть. И потому видел, как Йохан внезапно пошатнулся, подломился и опал чёрной тряпкой. Оборвалось на полуслове пронзительное заклинание; исказилось могучее движение туч в небесах над замком, будто лопнула какая-то нить, соединявшая небеса с землёй.

«Надорвался!», с душевным трепетом понял Хуго.

Йохан не выдержал той мощи, которую взнуздал. Стоило лишь вообразить, какие силы призвал он на поле битвы… Что же теперь?

Гретхен придержала оседающего брата. Стоя над его телом, беловолосая девушка стремительно оглянулась по сторонам… А потом одним движением, гибко изогнувшись, стянула рясу через голову – и отшвырнула в сторону, оставшись нагой.

Отец Йожин, некстати обернувшийся, выпучил глаза и опустил руку с тесаком.