Шаг в сторону

Я же объяснял! И не раз!

- Ну да, клад, ага!

- Вы еще подеритесь, - влез в начавший раскаляться разговор миролюбивый Гавел. - И вообще, ребята собрались. Вроде бы все, никто не сбежал. Господи, как же несет-то от некоторых...

Капитан потянул носом. Действительно, попахивало отнюдь не розами. Материальное проявление испуга!

- У кого портки испугом переполнены, в строй разрешаю не спешить, - громко сказал Швальбе, - А то будете на весь плац тут...

- Миазмировать! - подсказал Мортенс. Хитрый очкарик о сюрпризе не знал, но догадывался.

- Вот сразу видно образование! - согласился Швальбе, - не «говном вонять», а «миазмировать»! Запишешь мне потом, друг Хуго, это красивое и чудесное слово на самом лучшем пергаменте, вдруг забуду!

- Сделаю, капитан! У господина Вобла сопру самое красивое Евангелие и сделаю! Если что, скажу, что ты приказал, мой капитан!

- Когда наш любезный хозяин водрузит тебя афедроном на кол, милый мой Мортенс, можешь говорить ему все, что угодно! Я-то буду в этот момент уже далеко-далеко! Ладно, через десять минут собираемся снова! Штаны заменить, храбрости толику малую принять! Но не напиваться!

Неслышно вернувшийся отец Лукас не расслышал.

- Вобл? - Подался вперед, чуть не вывалившись из окна. - Это про кого они?

- Про меня, - грустно произнес Йожин, - завидуют, понимаешь, телесной добротности моей... Вот и сквернодумствуют, надеясь оскорбить!

- Одно слово - негодяи! - Вынес вердикт ветеран нескольких войн.

- Тут не Америки, тут климат иной.

Пока невезучие солдаты меняли портки и обмывались прямо у колодца, поганя святое место видом голых жоп и сквернословием, учительская компания времени зря не теряла!

Сержанты порысили в сторону отдельно стоящего одноэтажного домика, выделенного для проживания командного состава банды. Назад возвращались медленнее, и не с пустыми руками. Один мешок, поменьше, вручили загадочно улыбнувшейся Кристине, два других положили на плац, распустили завязки.

Мирослав, тем временем, с помощью Мортенса, загнал свиненка обратно в клетку. Бывший демон обиженно верещал, но всерьез спорить с чернокнижником не решался. А вдруг как начнет колдовать, да как превратит в груду отбивных и пару шматов сала? Знаем мы этих московитских колдунов!

Наконец солдаты собрались на плацу, снова построились - на этот раз обошлось без ругани и затрещин.