Хроника лишних веков

Точь-в-точь как в истории с Бородиным... Но тогда, на исходе Древней Истории, уставшие армии сомнамбулически разбредутся в разные стороны Европы, оставив убитым продолжать сраженье на небесах, а летописцам - выполнять повеления своих хозяев... Это великое, но никчемное сражение на отшибе империи окончательно подорвет дух Рима и силу гуннов... Или его исход тоже решался шулерским жребием эллинских "масонов", сидевших в штабах противоборствующих сторон?

Я помнил по учебникам, что Аттила собирался пойти прямо на юг, на Рим, но как бы передумал.

Я так и сказал:

- Наступающее лето неблагоприятно для походов на юг... Базилевс, тебя ждет Галлия.

Я ожидал любого ответа, но только не того, что Аттила кивнет с таким удовлетворением, даже энтузиазмом.

- Верное слово, - добавил он к кивку. - Что ожидает меня там? Вещай!

Я порылся в памяти и ответил, как и полагается опытному прорицателю, вполне мутно, но в меру определенно:

- Пусть король готов, Теодорих, будет терзаться целый год в ожидании столь высокого гостя.

- Хорошо говоришь, - сухо усмехнулся Аттила. - Но это твое предсказание стало известно мне раньше, чем тебе. Я уже повелел ему сбыться. Говори, где. Место? Исход?

О, какое волнение, какой трепет: предсказывать уже сбившиеся события эпических веков!

- У Труа. Прекрасные и бескрайние Каталаунские поля... - "И вот нашли большое поле, Есть разгуляться где на воле" - полезло гимназическое... как-никак экзамен.

- Кто встретит меня у Труа? - угрожающе вопросил Аттила.

Такой неожиданно грозный тон вождя гуннов вогнал меня в оторопь: что не так, разве я ошибся?

- Кто приведет войска? Кто будет во главе? - вопросил он уже не так свирепо - лишь давая понять, что Теодорих ему не ровня, и он идет навстречу другому.

Огни светильников нервно трещали.

Я вздохнул с облегчением: мне было, что ответить.

- Аэций, - тихо намекнул я.

Да, командующим вражеской армии будет Аэций - "последний римлянин", пытавшийся, как атлант, поддержать всю массу заваливавшейся империи.

Аттила осклабился вдруг и блаженно прикрыл глаза.

- Аэций... - шепотом повторил он за мной. - Мой брат Аэций.

Конечно! Когда Аттила был союзником Рима, получив от него гражданство и "маршальское" звание, они вместе воевали с варварами. Другими варварами.