Георг де Вилар. Серебряная рота.

Должен был быть в кармане, но так ли это? Приняв штаны из рук слуги, я первым делом сунулся в карман, постаравшись, впрочем, сделать это с достоинством. Кошелёк оказался на месте, и я облегчённо выдохнул. Достал и взвесил на руке – кажется, вес не изменился. Хотя он ведь мог оказаться теперь набитым просто медью? Тибо учтиво смотрел в сторону. Мне не хотелось при нём пересчитывать содержимое, как-то это представлялось не особенно благородным. Я ещё раз посмотрел на отвернувшегося Тибо и мне захотелось его отблагодарить.

Меди ему отсыпать? Я сунул руку внутрь и сразу на ощупь понял, что с содержимым всё более-менее в порядке. Нашарил су.

- Тибо, - позвал. - Держи.

Слуга с почтением воззрился на серебряную монету в моей ладони, затем аккуратно её принял, подставив свою ладонь.

- Твой эликсир просто чудесный. Благодарю. Так что – не откроешь секрет? - шутливо поинтересовался я.

- Не могу, сударь, - поклонился Тибо.

- Ну и ладно.

Я натянул штаны, сапоги, притопнул.

- Давай-ка теперь умоемся.

В углу стоял небольшой таз, рядом кувшин, над ним висело небольшое зеркало.

Возле стояла ночная ваза с крышкой.

- Хотя погоди. Мне надо нужду справить. Малую, - зачем-то уточнил я. - Выйди пока, я позову.

…

Мыло оказалось хорошим – душистым, кастильским. Захотелось даже шею им намылить. Тибо с невозмутимым видом поливал мне в ладони. Затем я достал из кармашка камзола драгоценный наследственный черепаховый футлярчик с новой зубной метёлкой, купленной матушкой в дорогу.

- Всё, - отпустил я Тибо.

- Иди.

В зеркале отражался вполне нормальный я. Разве что волосы чересчур всклокочены, нужно хорошенько расчесаться.

Зубного порошка вот только не оказалось, но снова звать слугу мне не хотелось, потому я просто намылил зубную метёлку.

…

Тщательно застегнув камзол и прихватив перевязь со шпагой и кинжалом, вышел из комнаты. Я, конечно, помнил, что Ланс приглашал меня разделить с ним жилище, но, возможно, вчера произошли ещё какие-то события, о которых я не помнил, но которые могли это приглашение аннулировать.

Подобное вполне можно было допустить, учитывая бессвязные обрывки моих воспоминаний. Поэтому я решил пока держаться независимо, и ни в коем случае не показаться навязчивым. Только не это. Хотя, признаться, комната, в которой я ночевал, мне ужасно понравилась и у меня были серьёзные подозрения, что подобную я себе позволить не смогу. Разве что на короткий срок. И этот дивный из окна. Но всё равно – навязываться было бесчестным.