Трон Знания. Книга 2

Его руки побелели, сжимая край стола. Стул, прохрипев, чесанул ножками по паркету. Староста встал:

— Мы искренне рады…

— Присядь, Урбис, — сказал Адэр и поднялся.

Присутствующие вскочили со своих мест. Он жестом велел им сесть и принялся ходить вокруг стола, совершая возле каждого угла резкие повороты. Молчание затянулось. Адэр намеренно нагнетал обстановку. Кое-что он узнал от Кангушара, что-то выведал у Эша, успел послушать Урбиса. Это были отрывочные сведения. И только сегодня, находясь в окружении старинных полотен, ему удалось сложить разрозненные фрагменты в картину; по-другому заиграли краски, иначе вытянулись тени.

Он хотел, чтобы его слова восприняли не как пустой трёп, а как обдуманное решение, принятое на основании полученных за пять дней знаний.

— Вы хотите разогнать ветонский Совет? — спросил кто-то.

— Кто вбил вам в головы, что я пришёл сюда, чтобы с высоты своего положения насмехаться над вашими, а теперь и над своими бедами?

— О каких бедах вы говорите?

Адэр подошёл к стулу, на котором сидела Малика.

Испытывая необходимость в опоре, опустил руку на деревянную спинку:

— Гранитные и мраморные карьеры заброшены. Заводы стоят. Пристань разрушена. Добыча соли в шахтах сокращена до минимума. Железной дороги нет. Телефонной связи нет. Вокруг столько рек, а вы освещаете дома генераторами.

— Вас послушать, так у нас сущий ад, — произнёс Урбис.

— А недавно вы говорили, что вам здесь нравится, — подключился к разговору Кангушар.

— Нравится, — кивнул Адэр.

— У вас есть всё, кроме былого величия. А величия не будет, пока простаивают предприятия. Если возобновить работу на карьерах и заводах, если начать строительство электростанции и причала, скажется нехватка рабочих рук. Большинство рабочих теперь защитники.

— Да-а-а, — протянул заседатель с острой как у козла бородкой. — Если так рассуждать, у нас действительно некому работать. Точнее, мы все работаем. И грядки окучиваем, и ткани производим, и костюмы шьём. Солью торгуем, лесом.

В разумных пределах. Камни обрабатываем. Мы много чего делаем. Но так, чтобы на кого-то работать, — нет, работать некому.

Адэр принял величественную позу:

— Великий единолично, без одобрения своего Совета, издал Указ о резервациях. Я единолично его отменяю.

— Зачем? — прозвучал чей-то голос. — Мы не собираемся покидать свои земли.

— И на свои земли никого не пустим, — добавил кто-то.

Адэра словно ударили сверху. Он почувствовал себя беспомощным карликом.