Трон Знания. Книга 2

Стражи взяли его в кольцо и, соприкасаясь плечами, сопроводили к лестнице, где, в стороне от многотысячного сборища, стояли Крикс, Малика и Вилар.

— Урбис и Эш отказались со мной говорить, — тихо сказал Крикс.

— Какого чёрта ты здесь делаешь? — прошептал Адэр Малике. — Забирай стражей и живо отсюда!

— Пока я рядом с вами…

— Крикс! Уведи её!

Малика выдернула локоть из руки главного стража:

— Они знают, что Великий за вас отомстит. Но с Великим можно воевать. С морунами воевать невозможно.

— Крикс, отвечаешь за неё головой! — приказал Адэр и, придерживая Парня за ошейник, поднялся на лестницу.

Внимание привлёк флаг над дверью. Что-то не так… Что не так? Как и прежде, он был прикреплён к флагштоку неправильно, широкой стороной. Чайка! Теперь она взмывала в небо.

Похлопав Парня по спине, Адэр повернулся лицом к людям. Защитники Лайдары стояли на площади ровными рядами и походили на серый монолит. Справа скучился ветонский Совет в полном составе. Всё остальное пространство занимали собравшиеся горожане.

Такую толпу последний раз Адэр видел в Градмире, в день своего рождения. Но та толпа веселилась, шумела, а эта пронзала его насквозь острыми взглядами.

К лестнице промаршировал Эш. Кивнул Адэру и повернулся к ветонам:

— Я впервые ошибся. По Закону Лайдары командир, допустивший ошибку, не может стоять на защите города.

Народ зашумел: «Это самооговор! Тебя убирают! Эш! Мы с тобой!»

Командир вскинул руку:

— Среди защитников оказался человек более проницательный, чем я.

Несколько дней назад при свидетелях я сказал ему, что если он окажется прав, то займёт моё место. Имя нового командира защитников Лайдары — Кангушар.

Герцог шагнул из строя, промаршировал вдоль шеренги, приблизился к Эшу и встал спиной к башне. Адэр едва не скорчил недовольную гримасу: не видеть выражения лиц герцога и командира в столь важную в их жизни минуту — большое упущение. Словно услышав его мысли, Эш в полной тишине обошёл Кангушара и обернулся.

Для отставного командира происходящее было тяжёлым испытанием, и как бы он ни пытался держать себя в руках, тусклый взгляд и досада в уголках губ выдавали душевную боль.

Эш расстегнул ворот дымчатой, как склоны гор, рубашки, снял с шеи серебряную цепь с малахитовым ключом:

— Передаю тебе ключ от Ворот Славы. — Надел цепь на Кангушара. — Храни его, как я. — И преклонил колено перед новым командиром.

Вслед за ним опустились защитники.