Трон Знания. Книга 2

— Он уехал в Партикурам.

Адэр отпустил Гюста и обвёл комнату взглядом. Несколько дней он будет предоставлен сам себе. Провести их надо с пользой. Читать сочинения судей особой охоты не было. Этим займётся специальная комиссия, если он решится её назначить. От книжонки по истории мало проку. Протокол заседания Совета скоро протрётся до дыр. Адэр посмотрел на проём, завешенный плотной тканью.

***

Из-за огромного количества шкафов и стеллажей помещение, где хранился архив, казалось лабиринтом.

Кебади будто ждал Адэра: сидел совершенно неподвижно; руки, обтянутые сморщенной кожей в выступающих венах и пятнах старости, расслабленно лежали на закрытой книге; стёкла опущенных на нос очков отражали заточенное белоснежное перо на краешке чернильницы; взгляд поверх очков был полон внимания.

— Кебади, расскажи, что на этих полках?

— Отчёты, справки, протоколы, переписка наместников.

— С кем?

— С друзьями, с жёнами, с чиновниками. Наместники любили плодить макулатуру.

— Переписка последнего наместника тоже здесь?

— Виконт Тайпель был на удивление скрытным человеком.

Адэр заложил руки за спину, качнулся с пятки на носок. Как же вычислить, не прибегая к помощи Троя Дадье, кто сообщник виконта? Как узнать, кто так ловко связал сына Великого с назначением наместника, с созданием лагеря смертников и с хищением сапфиров с подпольного прииска?

— Все писали мемуары, — продолжил Кебади, — а этот заставлял Малику читать ему историю и законы Ракшады.

— Он болел?

— Он был самым старым из всех наместников.

Адэр указал на два книжных шкафа с дверцами без стёкол:

— Что здесь, Кебади?

— Древние атласы Краеугольных Земель.

— А там? — спросил Адэр, указывая на полки, прикрытые пожелтевшими газетами.

— Древние своды Законов. Скажите, что конкретно вам надо?

— Как я понял, история Грасс-Дэмора была уничтожена не полностью.

— Всё, что удалось собрать моему деду и мне, — в конце зала.

Адэр взял протянутый летописцем фонарь и пошёл вдоль стеллажей. Под потолком горели не все лампы, а после очередного поворота Адэр ступил в мягкий полумрак. Проход сузился. Звук шагов прижался к полу. Запах залежалых бумаг стал густым, въедливым. Пробивая серую полутьму, луч фонаря выхватывал слева и справа корешки книг, сгибы папок, обмотанные бечёвкой пачки документов.