Трон Знания. Книга 2

На овальном бугорке среди травы рос цветок: лепестки белые, сердцевина ярко-красная.

— Как ты догадался? — удивилась Разана.

— Такие цветы росли у дядьки Тима. Я воровал их и приносил маме. Она ругалась, а я снова приносил.

Разана покачала головой:

— Перед смертью Ални просила каждый год ей на могилку цветочек садить.

Мебо встал на колени. Качнулся взад-вперёд и вдруг рухнул на холм и обхватил его руками:

— Мама, твой касатик вернулся.

Адэр вышел на дорогу. Шумел лес. В вышине жалобно кричала птица.

Пахло свежевскопанной кладбищенской землёй.

— Её жалко, а его ещё жальче, — прозвучал голос Разаны. — Он ведь ни в чём не виноват. А жизнь ишь как повернулась.

Адэр посмотрел вокруг и не поверил глазам. Вдалеке паслись кони.

— Ваши?

— Нашего посёлка, — ответила Разана.

— Это не рабочие лошади.

— Рабочие лошади пасутся отдельно.

— Я могу покататься?

— Можете, но они не осёдланы.

— Неважно.

Адэр вложил щенка Разане в руки и побежал через луг.

Ветер хлестал лицо, волосы путались, как и мысли.

Слившись с резвым жеребцом, Адэр летел, словно истосковавшаяся по воле птица. Впереди из высокой травы испуганно вспархивали куропатки, за спиной клубилась цветочная пыль. Конь радостно всхрапывал, чувствуя опытного всадника.

Адэр легко спрыгнул на землю и прижался лбом к лошадиной шее.

Из травы поднялся рослый пожилой человек в косоворотке и соломенной шляпе с широкими полями:

— Всегда говорил, что хорошему ездоку седло — помеха.

— А резвому коню — удила, — сказал Адэр и хлопнул ладонью жеребца по крупу.

— Тиваз, старейшина Зелейнограда, — представился незнакомец.

— Яр.

— Каким ветром к нам: попутным али заблудшим?

— Удачным, — ответил Адэр и пошёл через луг.

Засунув руки в карманы просторных штанов, Тиваз шагал рядом. Поля шляпы скрывали лицо, лишь колыхалась травинка, зажатая между зубами.

— Ты не шибко разговорчивый, — произнёс старейшина.

— Валиан тебе всё рассказал — зачем повторяться?

— И дюже догадливый.

Надолго к нам?

— Как будете привечать.

— Гостям-то мы рады. — Тиваз выплюнул травинку и сдвинул шляпу на затылок. — Да гости до нас не шибко охочи.

— Чего ж так?

Старейшина поддел босой ногой пышные головки одуванчиков. Белые пушинки, подхваченные ветром, взмыли к небу.

— Ужель не знаешь? Отделили наши земли от Грасс-Дэмора, что натянули колючую проволоку.

— От Порубежья.

— Порубежье у тех, кто развалил страну, а у нас Грасс-Дэмор.