Ласковый ветерок

Еще четыре шага, и она дотронется до сына. Еще три шага, и прижмет лицо к его груди. Два шага, и можно будет обмякнуть у него на руках и разрыдаться вволю, очищая душу от скопившегося горя. Еще шаг и...

Старуха из последних сил протянула руки. Кончики пальцев коснулись одежды, и сердце взорвалось. Ей овладела безумная, всепоглощающая радость и Кимиро ощутила на шее ласковый ветерок...

***

— Великое милосердное искусство, — с грустью восхитился господин Ирогава. — А что потом?

Гатаи принялся рассказывать дальше.

Когда он дошел до встречи с разбойниками, наместник потемнел лицом, и его ноздри раздулись от гнева, но перебивать не стал. Когда речь зашла об отшельнике, Ирогава изрядно посмеялся. Не задавая лишних вопросов, Гэмон раскрыл подробности и этой услуги.

***

— Господин Кицу! — позвал отшельник. Его бодрый голос буквально звенел от радостного нетерпения.

— Чего тебе, Букай? — через несколько мгновений сдавленно простонал тот.

Опий, который дал страдающему от нестерпимой боли Кицу отшельник, почти утратил над ним свою милосердную власть.

-Не устаю поражаться, насколько ты неотесанный и дурно воспитанный мужлан! Другой, вежливый и пристойный человек, не лежал бы в пещере как куль, а уже со всех ног бежал встречать гостя!

— Какого еще гостя? — прохрипел Кицу.

— Ну ты и дурень! Я кому уже неделю толкую о пришедшем в Ёцикаву славном лекаре Цурукаи, чьи снадобья исцеляют любую хворь?

— А?! — в этом коротком возгласе смешались радость, недоверие и надежда.

— Он, он... — от волнения Кицу не смог закончить фразу.

— Беги скорей говорю, дурень!

— А он точно даст мне снадобье?

— Конечно! Он согласился исцелить безнадежно больного, чтобы показывать его на ярмарке и привлекать пациентов. Когда в Ёцикаве узнают о твоем излечении, местная знать передерется за Цурукаи. Представляешь, как взлетят его доходы? Спеши, пока он, оскорбленный твоим невежеством, не решил попользовать кого-то еще!

— Я... я сейчас. Господин Цурукаи, не уходите, прошу.

..

Кицу с трудом повернулся на лежанке из лапника. Попробовал подняться, но боль, рванувшая стальными крючьями плоть, ему не позволила. Страдалец на четвереньках пополз в ту сторону, где его уже почти слепые глаза едва различали свет.

Свежий запах леса подсказал ему, что он у выхода из пещеры, и Кицу ощутил шеей ласковый ветерок.

***

— Больше-то по дороге Вы никого?.. — деликатно понизив голос, поинтересовался Ирогава.

— Нет.