Ярчуки

У кого простой деревянный, у кого золотой, на такой цепи, что хоть волкодава сади... Дмитро, не сдержавшись, коснулся своих крестов, что висели на сыромятных гайтанах-шнурах. Один - золотой, памятный. Второй - железный. Но не сказать, какой дороже. Железный-то не простой! На самой Синай-горе архимандритом свячен. Только когда архимандрит обряд служил, ему глаза ладошкою закрывали, чтобы не видел он крестовьего оборота, где собачья морда с метлою в зубах выбиты. Не простой крест – вовкулачий. Такой крест кому попало на гайтан не вешают.

Простым казакам, будь они хоть сто раз реестровыми, вовкулачьего креста носить никак не можно. Потому что простой казак добычу, которой банда промышляет, охотить заречется, каким бы вояром завзятым не был!

А добыча ох и нелегкая! То чугайстр-фенке осатанеет, то мавка-ундина с путниками заиграется... А то и стая вовкулачья объявится – вот как сейчас прямо. Не простая стая – валашская! Из своих коренных краев ту оборотничью свору выгнали – то тамошние Драконы[1] сработали – ох и справные хлопцы! Как с турком нянчиться перестали – за иную нечисть взялись.

Да так хорошо взялись, что Ночные из Валахии во все стороны порскнули! И нет, чтобы осесть тихонько да сидеть, шерсть на палёных боках зализывать-отращивать. Не может та сучья порода без вреда и дня прожить! Где коровку зарезали, а где и дитя безвинное жизни лишили. Ну а в здешнем лесу укрылись последние вовкулаки  одной из пришлых стай. Нужно за хвост поймать да кишки выпустить. Как обычно.

Про то капитан банды Отакар из Соколовки речь и вел, перед хлопцами на конике гарцуя.

Командирскую речь на немецко-чешском говоре Дмитро разбирал с пятого на десятое, но что тут особо понимать-то? Задача ясна и понятна, о боевом манёвре заранее условлено.

- Плата двойная! Князёк местный расщедрился! – подытожил капитан.

Слова старшего встретили радостным рёвом. Двойная плата – то всегда хорошо! А уж за вовкулак дрянных – и вовсе распрекрасно! Ибо, как говаривал один мудрец, нам не нужны проповеди, нам нужны длинные колбасы!.

.

Лес, вздохнув напоследок, безропотно впустил наглых пришельцев…

***

…За спиною остались несколько часов поисков. Приходилось, будто псу охотничьему, морду в землю воткнув, рыскать, следы-следочки изыскивая. 

Дмитро остановился, прислушался. Тихо, сквозь зубы матернулся, прошептал “Дево Богородице, охорони!”, выдернул из-за широкого пояса пистолеты и продолжил путь. Но уже гораздо медленнее – с двойной оглядкой и прислушкой.