Морская инквизиция: Мир колонизаторов и магии

Эти люди испокон веков ходили в море, жили там, возвращались и снова уходили в море.

В крови нескольких поколений потомственных мореходов уже плескалась не кровь, а неизвестная мне смесь, основу которой составляла скорее морская сильно йодированная соль, чем эритроциты с лейкоцитами. И чем испанцы хуже французов, голландцев или англичан?

Да ничем! Испания - единственная из них создала империю, а Англия, Республика Соединённых Провинций и Франция до сих пор делили континент, воюя как между собой, так и с другими странами.

Высокоразвитая культура была в Испании, а не в этих странах, и именно выходцы из этих трёх государств составляли подавляющее большинство людей, которые становились пиратами. Разумеется, ничего этого я вслух не сказал. Ни к чему это. Не поймут. Все три страны привыкли умалять чужие достоинства и выпячивать свои, так что говорить об этом было целиком и полностью бесполезно.

- Я хочу есть! – не логично ответил я на слова его удивления моей стойкостью.

- Ты голоден? Тебя не кормили?

- Вы меня вызвали на разговор, но есть я не могу.

Мне нужна каша, а не кусок грубой лепёшки, которую принесли ваши люди.

- Ха, может быть, тебе ещё молока налить?

- Я с удовольствием, но мой желудок не в состоянии сейчас переварить кукурузную лепёшку. А вам явно что-то от меня надо, поэтому я и прошу вас. Сначала накормите, а потом спрашивайте, или требуйте, как вам уже будет угодно.

Гасконец помолчал.

- Кто тебя научил так разговаривать, юнец?

- Падре!

- Да, этот может, - согласился со мной Гасконец и добавил, - иногда мне кажется, что я разговариваю не с подростком, а со зрелым юношей.

Но ты слабо умеешь пользоваться магией, я бы давно уже это почувствовал, и значит, ты действительно подросток. Любой взрослый на твоём месте уже давно бы смог сбежать с корабля. А ты до сих пор здесь, а ведь у тебя был шанс спастись!

- Это слишком дорого мне будет стоить, - туманно и мрачно ответил я.

Гасконец, резко сощурив глаза, посмотрел мне прямо в лицо, надеясь там что-то увидеть, кроме усталости и безысходности.

- А ты не так прост, либо ты что-то скрываешь. Не хочешь заключать договор со Старым Роджером?

- Не хочу, - не стал я его разубеждать, - не для него моя душа, и вам не советую! – зачем-то предупредил я его.

- Мы давно уже все прокляты, - неожиданно грустно сказал Гасконец.

- Ещё нет, ещё нет, - повторил я два раза своё утверждение и медленно покачал головой, вспомнив при этом капитана Барбоссу из «Пиратов Карибского моря».