Владыка Каган-2

Их подняли, кое-как перевязали раны и отвели в сторону, под тень деревьев. Послали за родственниками, чтобы те забрали пострадавших домой. Как могли привели себя и торговую площадь в порядок. И хотя вече продолжило свою работу, тысяцкий Никита с несколькими десятками ратников, на всякий случай, всё же остался на площади, так сказать, для острастки.

Как бы там ни было, а пришло время принимать решение. Выпустив пар, после драки, народ как-то сразу сделался спокойнее и сговорчивее. Страсти улеглись.

И Твердило вновь выступил с короткой речью:

- Всё, братцы, хватит брехаться меж собой, словно псы шелудивые, да морды, почём зря друг другу чистить! Надобно дело решать. Услышьте ещё раз и помыслите об том - князья ответа от нас ждут. За кого из них встанем – вам решать, лучшие новоградские мужи. И давайте говорить по очереди, чтобы впредь не было у нас базара.

Первым взял слово один из виных представителей столичной партии – уважаемый в городе кузнец Олекша.

- Братцы, давайте помыслим - что для нас важнее всего? – зычно начал он на всю площадь, - А для нас важнее всего одно - наша выгода. Значит первый вопрос - сохранит ли новый Каган наши вольности, льготы да торговые привилегии! Верно, братцы?

- Верно! Верно речёшь, Олекша! – одобрительно загудело вече.

- Ну, а коли так, - поднял руку кузнец, восстанавливая тишину, - То стало быть какой нам резон встревать в княжескую распрю, коли мы и так имеем всё, что нам нужно? Зачем что-то менять? Чем плох Севолод, ежели наши интересы он сохраняет? Что нам за дело до каганского престола? Главное, чтобы мы не в убытке были.

- Истинно сие! – забурлила толпа, - Олекша дело говорит! Пусть Яромир сам себе престол добывает! Не наше сие дело. Нам всё едино, кто там в Святограде править будет, если нас притеснять не станет.

Видя, как начинает меняться настроение толпы, Твердило явно заволновался, чувствуя, что теряет нити управления над вече.

Всё пошло не по его плану. Это было не желательно, и он с надежной взглянул на Данилу Хвоста. Тот всё понял и выступил вперёд, слегка отодвигая в сторону массивного кузнеца:

-Ну тогда дозвольте и мне слово перед вами держать! – громко выкрикнул он.

Вече притихло. Хвоста уважали за его рассудительность и к нему прислушивались. Данила не спешил. Затянувшаяся пауза была ему только на руку.