Владыка Каган-2

В своём послании князь Яромир не скупился на обещания новых, более широких привилегий для вольного Ново-града, а главное – сокращение дани вдвое. Разумеется, это людям нравилось. Вече одобрительно загудело.

- А что из столицы-то слышно? - спросил кто-то из толпы, - Что там Севолод и стольные бояре обещают?

- Севолод пока только верности требует и ничего больше не сулит, - отвечал Твердило, - Правда, все наши старые привилегии сохранить обещает. Что думаете, мужи новоградские?

И снова поднялся людской шум, в котором ничего нельзя было толком разобрать.

Все заговорили разом, обращаясь к стоящим рядом, каждый хотел переговорить и перекричать друг друга. Кто-то пытался подняться повыше, чтобы его было лучше слышно, кого-то «идейные противники» уже схватили за грудки. Мнения, как водится, разделились. Обе «политические партии» - столичная и старградская – вступили в жёсткую полемику. Страсти быстро накалялись.

- Да что тут думать?! Надо князя Яромира поддержать! – кричали одни.

- Нельзя со Святоградом ссориться. Опасно сие. Пусть староградцы одни бодаются, коль сами того хотят, - возражали другие.

- Да вы видать уже заранее портки замарали! – не унимались их оппоненты, - Нечего загодя трястись. Мы не из пугливых. Это мы ещё поглядим, кто кого. А вам бы юбки бабские носить, а не вольными мужами быть!

- Это ты, стервец, кого бабой назвал!? Бей его, сучьего выродка!

- Что-о-о! Нас бить!? Ну, мы вам сейчас зададим!

- Братцы, наших бьют!

- Тише, люди, тише, - тщетно пытался навести порядок Твердило, мечась по всей площади от одних к другим.

Но было поздно, точка кипения, как это нередко случалось на вече, была пройдена. Терпением и тактом «лучшие представители народа» не отличались. Кому-то уже плюнули в лицо и толкнули. Одни схватили соседей за грудки, другие – за волосы и бороды…Замелькали кулаки.

Секунда и на большой торговой площади между двумя противоборствующими «парламентскими фракциями» начался массовый мордобой….

**************************************

Глава 3

Глава 3.

На стольный Святоград опустилась тихая безлунная ночь. Она плотно окутала дома и улицы густой, почти осязаемой темнотой. Лишь кое-где эту темень немного разгонял свет факелов, установленных на перекрёстках, площадях и на башнях у главных ворот.