Кладоискатель

Но расставаться с ней мне не хотелось: слишком я к ней привязался, пока был пленником некроманта.

Так, размышляя над тем, как найти деньги и не потерять при этом свободы и не расстаться с тем, что мне было дорого, я и бродил по улицам вечернего города.

Начал накрапывать дождь, и я свернул к небольшой таверне, в которой горели светом окна, а из-за дверей слышались людские голоса. Задержавшись на пороге, чтобы отряхнуть промокший плащ, я почувствовал, что кто-то за него меня дёрнул, и тоненьким голоском пропищал:

- Во имя любви, милосердия и сострадания, ради милости той, что дарует и отнимает, да откроет сострадание дорогу для милосердия, и не оставит вас тогда любовь, а удача всегда будет прибывать с вами!

Это было традиционное обращение нищих, просящих подаяние, и моя рука сама полезла в карман за мелочью, которую я там хранил как раз для таких случаев, а глаза, тем временем, рассмотрели ту, что просила о милосердии.

И не удивительно, что я её не сразу разглядел: маленькая, щупленькая девочка, одетая в тонкую старую серую тунику, явно для неё великоватую. Ребёнок с надеждой смотрел на меня и на руку, полезшую в карман за мелочью.

- А почему ты ещё не в приюте? - спросил я, протягивая монетку, сумев в темноте разглядеть знак дома милосердия, пришитый к одежде. - Ведь уже поздно, солнце село, а ты ещё такая маленькая. Могут и обидеть злые люди...

- Не могу, - грустно сказал ребёнок, быстро пряча монетку. - Если я не соберу для Марджаны за сегодня полсеребрушки, она меня обещала побить и оставить без еды.

Поэтому без денег мне туда лучше не возвращаться.

Я посмотрел на маленького ребёнка, одетого в лохмотья, явно мёрзшего на вечерней прохладе, и сердце остро кольнула жалость. Мне почему-то подумалось, что и моя Амина могла бы оказаться на её месте. Подумав, я спросил:

- А ты ела сегодня?

- Нет. Меня оставили вчера без еды, потому что я меньше всех приношу милостыни... - прогудел тихонько ребёнок, шмыгнув носом. Она явно простыла, в чем я и убедился, потрогав лоб: он был горячим.

- Идём за мной, - сказал я, взяв ребенка за руку, и переступил порог таверны.

В таверне было много народу, поэтому я не сразу увидел свободный столик, расположенный возле группы каменщиков, что-то весело отмечавших. Ребёнок, крепко уцепившись за руку, робко прошагал к столу следом за мной.

- Ничего не бойся, - сказал я ребёнку. - Меня зовут Арен. А тебя как?

- Леда,- тихонько сказала она, застенчиво оглядываясь по сторонам.