Кладоискатель

Ночь вступила в свои права, и земля, утомлённая заботами дня, погружалась в благодатный сон, что нёс отдых уставшим от трудов людям...

Покинуть утром город оказалось нетрудно, незаметно приткнувшись к одному из караванов паломников, направлявшихся к храму Гелиона. На воротах стояли стражники и четверо Озарённых; среди них двое совсем юных, парень и девушка, с какой-то собачкой. Видимо, у них совсем плохи дела, раз они решили использовать детей для моего розыска. Дважды попасться на один и тот же трюк с собаками было бы глупо: мазь, которую я приготовил, меняла запах тела так, что даже самая лучшая ищейка не смогла бы меня найти среди других людей.

Магию я решил не использовать.

Я шёл совершенно открыто, не скрывая своего лица, среди десятков паломников, и вместе с ними вовсю распевая гимн, прославляющий Гелиона. Дав возможность понюхать себя пёсику, и улыбнувшись юной Ищущей, проводившей досмотр, я спокойно покинул город. Пройдя несколько лиг вместе с паломниками, я незаметно отстал от них, сойдя к обочине.

Найти деревню и дом, в котором жил крестьянин, я смог ближе к полудню. Забрав быков, и с трудом отказавшись от приглашения пообедать с его семьёй, я поспешил к небольшой лесной поляне, что нашёл заранее, гоня перед собой неторопливых быков и неся клетку с птицами. Времени прошло немало, прежде чем я со всеми своим животными и птицами добрался до необходимого мне места.

Привязав быков к небольшому дереву и насыпав корма голубям, я приступил к подготовке ритуала. Пламя смерти, призванное мной, пожрало всё живое на поляне, оставив после себя лишь золу и пепел.

Теперь нужно было начертить круг. Посоха у меня не было, поэтому я обошёлся веткой с засохшего дерева. Мёртвое, некогда бывшее живым, создало круг Жизни и Смерти. Морская соль, насыпанная вокруг круга, призвана была не выпустить душу умершего в мир живых.

Внутри круга я начертил треугольник, символизировавший трёх великих стражей границ, охраняющих мир живых и мёртвых; им пойдёт в качестве подношения жертвенная кровь быков, чтобы они без препятствий пропустили душу того, кто будет спешить по моему зову.

Треугольник нарисован, чаши для крови готовы. Теперь пришла пора приступать к самому сложному этапу.

Немного отдохнув, я начал не спеша рисовать двенадцатиконечную звезду: она будет служить маяком, на свет которого по Звёздному мосту устремится душа герцога; жизни голубей оборвутся, чтобы наполнить сиянием каждый из её лучей. Внутри звезды я установил череп того, кого хотел призвать.