Молоко лани

Нужно было привести себя в порядок до их прихода и убедиться, что унауты приготовят достойное дорогого гостя угощение.

Быстро умывшись и собрав волосы в две тугие косы, лежащие по бокам от лица, я оделась в простую повседневную одежду и выскользнула из комнаты.

На кухне уже во всю шли приготовления к обеду для дорогого гостя. В большом чугунке над огнем наша пожилая кухарка Хуж помешивала деревянной ложкой уже почти готовую пастэ[20]. Просо совсем разварилось, и густая ярко-желтая паста булькала над огнем как горячий грязевой источник.

Рядом в похожем чане подходило ароматное гедлибже[21]. А из открытой двери доносился насыщенный аромат жареной баранины – соседскому княжичу готовили шашлык из ягненка, которого зарезали этим утром.

Стоило мне войти на кухню, как слуги вскочили на ноги, выражая почтение. Я лишь махнула рукой, давая им знак вернуться к своим обязанностям. А затем занялась тем, для чего и пришла. Первой моей жертвой стало гедлибже: я зачерпнула немного соуса и, подув на горячую жидкость, отправила ложку в рот.

Ммм, объеденье. Что ни говори, Хуж отлично готовила: нежный с кислинкой вкус сметаны прекрасно дополнялся насыщенной терпкостью лука и чеснока. Я наклонилась над чугунком и ложкой потыкала куриную ножку, лежащую ко мне ближе всего. Она тоже оказалась восхитительно приготовленной: уже совсем не сырая, но все еще сочная и такая аппетитная, что я с трудом подавила желание вытащить ее из чана и съесть прямо сейчас.

– Все ли в порядке, гуащэ? – спросила Хуж, не поднимая на меня глаз.

– Да, восхитительно, Хуж. Твое кулинарное мастерство заставит позавидовать даже джинов.

– Вы слишком добры, гуащэ, – ответила кухарка, но я почти не слышала ее. Мое создание вновь захлестнули яркие образы из сегодняшнего сна. От одного воспоминания о сверкающих красках и пьянящем танце духов у меня закружилась голова, и я опустилась на лавку у стены кухни.

– Гуащэ, что случилось? – тут же подорвалась Хуж, выдергивая меня из странного мутящего сознание воспоминания.

– Все… все в порядке. Просто я… – я замялась, пытаясь придумать какое-то оправдание неожиданному головокружению, и тут меня осенило. – Просто я еще не завтракала.

– Что же вы сразу не сказали, гуащэ! – всплеснула руками старая кухарка. Она знала меня с самого рождения и в какой-то мере удочерила меня, лишившуюся матери.