Молоко лани

– Это безнадежно, – простонала я, опуская лук.

– Не ожидал от тебя такого, – тихо фыркнул Джамидеж.

Я подняла на него недоуменный взгляд.

– Ты столько всего преодолела, а так легко опускаешь руки из-за такой мелочи? Я думал, у тебя сердце медведя.

Слова Джамидежа разозлили меня. Неужто альп так легко разочаровался во мне? Или же я правда дала ему на то повод? Как слабая девчонка, я сдалась и была готова расплакаться из-за одной неудачи. Но я гуащэ и у меня сердце медведя.

Я обошла поляну с другой стороны, чтобы подобраться ближе к пасущимся зайцам.

Они не замечали меня. Найдя в траве самого упитанного зверька, я осторожно прицелилась, ровно и спокойно дыша. С тихим шелестом стрела сорвалась с тетивы и устремилась к нечего не подозревающему зайцу. В последний момент он все же заметил опасность и попытался отпрыгнуть, но было поздно: металлический наконечник вошел в его плоть в районе лопатки.

Я думала, что заяц умрет сразу, пораженный стрелой. Но к моему ужасу, он еще дергался, тщетно пытаясь вырваться пригвожденный к земле пробившей его тельце насквозь стрелой.

В маленьких черных глазах зверька я увидела ужас, затмевающий даже боль. Он бешено дергал мощными лапами, пытаясь оттолкнуться от земли, крутил ушами и отчаянно пищал.

Я в ужасе и замешательстве остановилась перед агонизирующим зверьком. В памяти вновь всплыл образ умирающего козленка и все события того дня. Лук выскользнул у меня из рук и, следуя за ним, мой взгляд упал на лежащий на земле камень.

Я опустилась на колени и вновь начавшимися трястись руками подняла булыжник. Зажмурившись так сильно, что глазам стало больно, я со всей силы ударила камнем зайца по голове. Писк прекратился.

Когда я смогла открыть глаза, передо мной лежала мертвая тушка зайца с торчащей из бока стрелой и кровавым месивом вместо головы. Я с ужасом взглянула на свои руки и поняла, что они забрызганы заячьей кровью. Мне стало тошно и, если бы я не была мучительно голодна, наверняка бы стошнило.

– У тебя получилось! – воскликнул Джамидеж, приближаясь, но тут же замолк.

Я почувствовала его теплую тяжелую голову у себя на плече.

– Так вращается мир, Сурет, – повторил альп, – такова жизнь.

Я бросила окровавленный камень обратно на землю и вытерла руки об высокую сочную траву. Присутствие Джамидежа успокаивало меня. От понимания, что кто-то поддерживает меня, на душе становилось немного теплее. И это помогло мне совладать с ужасом и отвращением.