Наследник огня и пепла. Том IV. Конфликт интересов

Монолог Матля прервала рука, которая сунула ему в лицо кожаный мех, в котором всадники возят вино. Рука была в латной перчатке, но Матль заметил это уже после того, как схватил бурдюк. И только после этого застыл в ужасе.

— Имя! — произнес рядом с мастером-плотником молодой, но полный надменной властности голос.

Глава 11. Обещания, серебро и правда

Проблема с людьми в том, что они слишком умные. Никогда не знаешь, какую глупость придумают. Едва я прибыл к Южным Воротам, как понял — зря. Лишний я тут. Правы были мои советники, не надо было сюда лезть.

Толпа кучевряжилась и завихрялась, как снег во время бурана. Кто-то бежал в город, кто-то наоборот, рвался наружу. По дороге мне встретились горцы. Десятка четыре, под началом Лардо.

— Почему без приказа привел сюда людей! — сорвался я на него.

— Прошел слух, что тут драка, — пожал плечами этот хитрожопый. Два шрама опускали уголки его губ, делая рожу горца прямо таки зверской. А может, такое впечатление создавалось из-за особенного, хищного выражения его глаз.

Такой отстраненный интерес, как у уличной кошки, когда она смотрит на мышь. Лардо почуял добычу и не смог остаться в стороне. Надо будет наградить Марцила за то, что тот не оставил вверенные ему участки. Причем наградить показательно и щедро.

— Веди своих людей на стены! — прошипел я, безуспешно давя бушующую внутри злость. Давно я так не злился. Наверное, в этом мире почти никогда. Скорее всего это была защитная реакция. Меня терзали неуверенность, беспокойство и даже страх. И в ответ организм Магна выдавал однозначную реакцию — “бей”.

Вариантов “беги” у этого мутанта не было.

Злость плохой советчик. Я в книжках читал. Но сделать с собой ничего не мог. А когда встретил перед самыми воротами “сотню” Текка, злость переросла в звенящую ярость.

— Что. Ты. Тут… — начал я давить из себя слова, когда Текк, поигрывая своей монструозной киркой вышел из строя бородачей и подошел ко мне. Коривиэль, чуя мое настроение, змеиным движением попытался цапнуть Текка за лицо. Долгобород небрежно выдал леща моему коню.

И я, и Коровка опешили от такой наглости. Текк сказал:

— Я так мыслю, что те всадники этих дураков порубают. И когда городские назад, к мамкам побегут, ворота закрыть забудут. Потому я часть людей в башни послал, а сам с остальными тут встал. Чтобы фрейские в город не прорвались.

— Правильно, — выдавил я. И двинул коня дальше.

Когда я немного привык творящемуся вокруг хаосу, я понял, что он имеет внутреннюю логику. Людей вокруг было много.