Орней. Книга I. Звезда Странника

Галейский посланник, граф Моруа отрицал любую причастность галейской армии к сему недружественному шагу, списывая все на обычный разбой, однако на Совете Равных было решено усилить гарнизоны приграничных крепостей и направить ноту королю Лодо...»

Гильем Лора, Летопись Альби

Таласса, месяц трав 988 ЭС

Принчепс Эрнан Монтего вышел во внутренний дворик, который примыкал к кабинету, и в котором он любил предаваться размышлениям.

Переговоры с дуком Джинеры, доном Винценцо Конти, изрядно утомили. А когда дон Винченцо внезапно предложил руку своей дочери «в знак серьезности намерений и для большего укрепления союза», Монтего не сразу справился с изумлением.

Дон Винченцо пояснил:

«Я женился рано и против воли отца, не взирая на незнатность Ревати, и то, что она была из далекой страны полудня, где люди чтят не Странника, а своих богов. Лара унаследовала ее красоту, а моя вторая жена позаботилась о том, чтобы воспитать ее в наших традициях. Но в Этррури, учитывая обстоятельства, я вряд ли найду ей достойного мужа.

Достойного, - с особой интонацией подчеркнул дон Винченцо. - Таково мое условие…»

Сами по себе политические браки не были такой уж редкостью, однако кто бы мог знать, что известного своим прагматизмом Конти, отца пяти сыновей, настолько беспокоит судьба старшей дочери от иноземки, что он поставил брак условием для заключения союза? Или хитроумный политик видел в этом для себя дополнительные гарантии? Если, конечно, дона Лара сама не являлась скопищем пороков. Впрочем, принчепс был уверен, что девица хороша собой и способна произвести на свет дюжину здоровых отпрысков.

Поколебавшись, он согласился, выторговав в добавок снижение процента по займу. Разговор был важен для Альби. Голос вольной Джинеры - самый влиятельный в Этррурском Альянце, а джинерские дуки славились умением держать слово.

Он распрощался с Конти, когда уже светало. Дуки не только держали слово - но и пристально следили за тем, чтобы и их союзники отвечали им взаимностью. И поэтому к выбору достойной партии для доны Лары следовало подойти со всем тщанием.

Прогуливаясь меж растущих в огромных вазонах апельсиновых и лимонных деревьев, Монтего перебирал в уме возможных кандидадтов. Однако… Одни были женаты или обручены, другие стары или отличались распутством и дурным нравом…

Имя полковника Оденара сперва лишь скользнуло по краю сознания, а затем завладело мыслями принчепса. Оденар уж точно не был замечен ни в кутежах, ни в каких-либо сердечных привязанностях.