Самый большой алмаз

Не будь с нами хана, я даже не знаю, как бы мы пробивались через эти земли.

Француз только кивнул на это, понимая, что без Дост Мухаммеда задача была бы просто невозможной. Местный люд оказался очень уж разбойным, и ограбить неверных почитал за достойный поступок. Рядовые, к изумлению моему, принимали эту особенность туземцев спокойно: мол, землица тут худая, сплошные скалы, добрый урожай не вырастишь на всех, вот и озоруют. Коллега же Некрасова из ханских ближников – Махмуд – сетовал на слишком тесную привязанность людей к своим племенам и родам, отчего соседи из кишлака за горой почитались за совсем чужих, которых обнести или убить – совсем не грех.

Нет единства в этом народе, от этого и воинственность его, и бедность, и беда.

Всадники продолжали прибывать к хану, теперь уже на настоящих интендантов взвалилась обязанность обеспечить им хорошее снабжение. Надо отдать должное – Дост Мухаммед учился. Он внимательно следил за работой русских офицеров и требовал от своих людей записывать все то же, что и пришлые, и выспрашивать у них, почему именно так.

Еще хан рассылал по деревням-кишлакам малые отряды для утверждения своей власти и сбора податей. В Кабуле он взял казну, но та была худа совсем.

В Кандагаре значительно увеличившаяся армия не задержалась, и это было оправданно. Да, солдаты устали от долгого перехода по горам, пусть еще в Кабуле и реквизировано было множество телег и мулов, и дурных коней, еще добавили их в Газни, но даже большой по здешним мерам город был не в состоянии долго кормить такое количество народа и животных.

К тому же приближалась зима, и следовало поторопиться спуститься в теплые равнины, где снега никогда не видели. Если задержаться, то к Рождеству морозы не ударят, не бывает их тут, но дорогу через перевалы размоет, передвигаться станет крайне тяжело.

Так что экспедиция и двадцать тысяч сипахов сейчас вступали в Белуджистан, захваченный сейчас почти полностью Калатским ханством. Пусть народ здесь проживает родственный пуштунам, но отношение жителей разительно изменилось.

Взгляды злые, провизию крестьяне пытались прятать, только и всадники Дост Мухаммед-хана в деле фуражировки были опытными и команды посылали далеко вперед и в стороны по едва заметным тропам. Интендантская служба, конечно, обоз набила крепко, и лишений армия не испытывала, однако все равно лучше иметь запас, пополняя его постоянно, чем считать зернышки на дне телеги.

И все равно было не легко.