Самый большой алмаз

– Я займу проход между Качским ранном и морем, выбью англичан из Анджара и укреплюсь там.

– Прямая атака на английский гарнизон? – высказал свои сомнения Александр Федорович.

– К тому времени ему будет не до того, – хищно прищурился Рустам. – Красные мундиры выступят на юг – ловить неизвестную армию.

Владетель Синда предложил план смелый, но имевший множество преимуществ. Хотя и происходящий из некоторых допущений. Первое – торговых факторий Компании в его княжестве нет, как нет их в Каче, поэтому море флот Его Величества Георга здесь не держит.

Весь Камбейский залив сейчас – место тихое и хиреющее, как раз после строительства удобной гавани в Бомбее. Когда-то главным портом в этой части Индии был город Камбей, но его пристани забрал песок, намывавшийся за годы так, что вода отступила от берега. Новыми торговыми воротами стал Сурат, но теперь и он стремительно опустевал, ведь купцы ушли из него вслед за торговыми потоками.

Все это рассказал дородный синдх, приведенный ханом, что много раз со своим кораблем бывал в тех местах и знал их, как собственный дом.

– Английские паруса севернее Бомбея сейчас не встретить, – утверждал торговец. – Из него они уходят или на юг, или на юго-запад, чтобы обогнуть Африку. Войска же сейчас в большей части в других местах. Одни зализывают раны после войны с маратхами, другие готовятся к войне с Бирмой и Джатом, где им предстоит взять неприступный Бхартпур.

– Ты много знаешь, уважаемый, – сказал генерал.

– Я купец, господин, но я и глаза и уши хана.

Полковник Некрасов с интересом посмотрел на гостя, опознав в нем коллегу по «интендантской» службе. Я чувствовала, что толстяк сегодня же попадет в его цепкие лапы и не вырвется оттуда, пока не расскажет все, что знает.

Бедный Ситников!

– Поэтому твое войско, русский, должно захватить Сурат. Как только это произойдет, я вступлю в Кач и ударю по Анджару, даже не заходя в Бхудж.

– Но как я окажусь на той стороне пролива? – не понял Ланжерон.

Сказать, что все нервничали – это промолчать! Люди всматривались в горизонт, боялись даже облаков у него, ведь в каждом из них чудился парус. Русское войско страшилось. И большую его часть тошнило.

Надо иметь особый склад ума и исключительное здоровье, чтобы любить море. Не как красивую картину, а как путь, по которому можно странствовать. Большая вода испытывает смельчаков, рискнувших выйти на нее, и не только злыми штормами или артиллерийским огнем.