Меч, Корона и Посох. Часть I "Меч"

Но всё же, маг ни в коем случае не должен забывать, кто он такой и что он делает в данную минуту. Представь себя уже взрослым опытным магом, накладывающим чары. А в этот момент ты думаешь о другом. И ты запросто можешь напутать в заклятии, а это может привести к непоправимым последствиям. Например, вместо вызова дождя можно устроить массовый обвал крыш домов. Ты меня понял?

Эйрент представил себе картину, описанную господином Хилмистом, и содрогнулся. Он кивнул в ответ.

— Очень хорошо. Так что не забудь, что я тебе сказал.

И, прошу тебя, будь максимально сосредоточенным во время колдовства.

— Постараюсь, господин Хилмист, — пообещал Эйрент.

Обещание, данное учителю магии, пришлось выполнить, и Эйрент проявлял максимум сосредоточенности на уроках практической магии. В конце концов, учёба магии у Эйрента вошла в свою колею, чего нельзя было сказать о той же самой борьбе. Казалось, господин Моргенштерн махнул на Эйрента рукой, потому что за то, что Эйрент получал обычно «неуд», он  ставил Эйренту уже «удовлетворительно».

Но удивляться было нечему: Бионел и другие лицеисты, лучшие в группе по борьбе, взяли Эйрента на буксир и помогли ему худо-бедно справляться с этим предметом. Как позже узнал Эйрент, товарищи попросту поддавались Эйренту и позволяли ему побеждать их. 

Но это было неважно. Ближе к Месяцу Метелей в фойе Спецлицея появилась большая афиша, гласившая о начале Лицейских сборов, первым этапом которых явились отборочные туры.

 

Эйрент сразу написал об этом домой, и отец прислал ему ответ, полный одобрения и пожелания удачи от всех домашних. То, что Эйрент один из худших в группе по борьбе, отца, казалось, не волновало. 

Отборочные туры начались в первых числах Месяца Подснежников. Они оказались предварительным этапом перед собственно сборами. На этом этапе из лицеистов отбирались лучшие для основных туров сборов. Никогда ещё Эйрент так много не фехтовал! Казалось, рукоятка меча уже вросла в его руку.

 

Вечерами Эйрент с трудом находил силы, чтобы заниматься уроками, и теми, и другими, ибо основную учёбу никто не отменял. Он даже забросил переписку, как с сестрой, так и с остальной семьёй, ибо на это сил не хватало от слова совсем. Переписку взял на себя Дриаден, и Эйрент был благодарен младшему брату. Когда Эйрент переделывал все дела, он только успевал донести голову до подушки, как засыпал мёртвым сном.