Меч, Корона и Посох. Часть I "Меч"

— Папа, мама, можно? 

— Разумеется, Эйрент.

— Мы с тобой вместе приедем к дяде Нериану, — сообщила Латона сыну, — хорошо?

— Хорошо, мама.

Все вышли во двор больницы. Несмотря на солнце, зелень кругом и безоблачное небо, дул сильный холодный ветер. Сильно пахло черёмухой и сиренью, в ветвях которых щебетали птицы, и Эйрент наслаждался их ароматами. Асклепий давал последние наставления Эйренту:

— Главное для тебя сейчас — это месяц или два не делать резких движений, избегать прыжков и бега.

Единственное что — тебе обязательно плавать в озере. Не перегревай и не переохлаждай свою голову. Тебе всё понятно?

— Да, господин Дарлинтон! Спасибо вам за всё!

— Ничего, Эйрент, всё самое страшное уже позади. Береги себя! ­

— Хорошо.

— Ну, идём? — спросил Рендом всех присутствующих.

Все направились к пароходной пристани, находившейся всего минутах в десяти ходьбы от больницы. У причала уже ждало пароход человек двадцать. Но ждать пришлось недолго: скоро подошёл белый красавец пароход с тремя красно-голубыми трубами, из которых валил пар.

Эйрент был весь в предвкушении поездки.

Пароход подошёл к пристани и с шипением остановился, испустив густые клубы дыма. Рендом, Латона и Эйрент взошли по трапу на палубу парохода. Все остальные остались на пристани.

Пароход загудел, снова выпустил дым, отошёл от пристани и, набрав скорость, взял курс в открытое озеро. Гамильтоны долго стояли и махали в ответ провожающим. 

 

Глава 6

Когда Адамастеун остался позади, словно растаяв в синей безбрежной глади Большого Хрустального озера, Эйрент, стоявший возле леера, не без удовольствия подставил лицо солнцу потоку влажного свежего ветра.

Вместе с пароходом он нёсся навстречу по-настоящему новой жизни.

— Хочешь пройтись вместе с мамой по пароходу? — спросил его отец.

— Конечно, хочу!

И Эйрент вместе с родителями зашагал по гладкой деревянной палубе парохода. На палубе виднелись две палубные надстройки, одна под другой.

Также от палуб поднимались две трубы, одна ближе к носу, другая к корме. Палубные надстройки были снабжены окнами, за которыми были видны кресла и единицы пассажиров. Большинство же пассажиров предпочло гулять по палубе, пользуясь солнечным днём конца весны.

Многие пассажиры оказались привычными Эйренту людьми, но другие… У одних имелись острые уши, во рту длинные клыки, а вместо ногтей на руках довольно длинные когти.