Кладоискатель поневоле

Убедившись, что колья не соскользнут назад даже под усилием, охотники, не отпуская свои колья, подались немного вперёд, чтобы волки обратили всё своё внимание на них — на наживку. Чтобы раззадорить хищников охотники стали кричать и кидаться камнями. Волки, голодные и злые дальше некуда, начали разъярённо метаться внизу, но нападать отчего-то не спешили. Талтин даже швырнул головёшкой в ближайшего волка.

— Слева!! — вдруг заорал Манилов страшным голосом. — Осади назад!

Талтин подался назад, выставляя свой кол впереди себя.

Слева мелькнула какая-то быстрая тень, но Талтин не успел развернуть свой кол в ту сторону. Волчье рычание раздалось совсем рядом, и на колья сверху со всей силы навалилась тяжёлая туша.

— Пригнитесь! — закричал Огайсин.

— Толкайте вперёд! — тут же раздался натужный вопль Манилова.

Талтин налёг на свой кол, но тот не поддавался. Поскользнувшись, он упал, и по щеке потекло что-то тёплое. Талтин попытался подняться, но весь ствол вдруг оказался залит кровью, и устоять на ногах не было никакой возможности.

Рычание не стихало. Раздался выстрел, и всё заволокло дымом.

— Поднатужьтесь!

Талтин наконец упёрся ногами в огромный сук сзади и налёг изо всех сил. Кол поддался, но начал клониться не вперёд, а куда-то вправо.

— Давайте ещё!

Кол вдруг сорвался и, больно ударив по рукам, резко повалился. Неожиданно лишившись опоры, Талтин растянулся во весь рост на стволе дерева. Волчье рычание тоже ушло куда-то в сторону.

— Все назад в дупло, господа! — закричал Манилов.

Постоянно поскальзываясь и падая, Талтин кинулся бежать в сторону дупла.

Уже у самого дупла ему стало стыдно за своё малодушие, и он обернулся назад. С пистолетом в руках за ним спиной вперёд отступал Манилов. Разглядеть, где Огайсин, Талтин не успел. Кто-то подхватил его и втащил внутрь. От такой бесцеремонности Талтин опешил и начал вырываться только тогда, когда уже оказался возле костра. Талтин хотел рассердиться, но Огайсин огорошил его совершенно неожиданным вопросом:

— Куда ты ранен, Талтин?

Талтин оторопел.

— Я… я вовсе не ранен.

— Но ты весь в крови.

Подошёл Манилов и, подкинув в костёр дров, с беспокойством взглянул на Талтина. Начиная понимать, Талтин провёл ладонью по щеке и лбу. Всё его лицо и в самом деле оказалось в крови. На всякий случай Талтин осторожно ощупал голову.

— Это не моя кровь, — улыбнулся он.

Огайсин облегчённо улыбнулся в ответ. Манилов, верный своей привычке, весело рассмеялся и выглянул наружу.

— Господа! — сказал он.