День Аркарана

 

 – Я ведь просила её дождаться! – воскликнула девочка, а Бальтазар вдруг произнёс, как то странно глядя на неё:

 – Тебя не было четыре дня.

 – Но этого не может быть. Вчера ты дал мне три серебряные монеты, и я ушла за травами для эликсира…

 – Это было четыре дня назад, ник-то не видел тебя с тех пор. Мы решили ты умерла.

 – Что не так с моим лицом? – наконец не выдержав, недовольно спросила девочка и Бальтер, младший из переписчиков, совсем ещё мальчишка ответил:

 – У тебя больше нет шрама, – не веря, девчонка бросилась к бочке с водой и в свете факела долго разглядывала себя, словно не узнавая.

Ожог, обезобразивший правую часть щеки и шею, исчез, от него не осталось следа, и она не знала, радоваться ей или нет, ведь он связывал с дорогим её сердцу Валаамом.

    Оставшийся снаружи щенок жалобно заскулил, и только сейчас вспомнив о нём, Фейга вернулась к воротам. Напуганный пёс забежал во двор и, прижавшись к ногам девочки, смотрел на незнакомых ему людей.

Бальтазар хотел было погладить его, но щенок грозно зарычал, оскалив зубы.

 – Похоже, время не прошло для тебя даром. Ты нашла себе друга, – усмехнулся старик. – Как зовут его?

 – Пожалуй, назову Мастер Беггинс. Как королевского сборщика податей два раза, в год приезжавшего собирать серебро за землю в Рыбацкой слободке. Он никому не давал спуска, угрожая плетьми, но когда уезжал преисполненный собственной важности всегда бросал мне мелкую монету.

Ты не-против, если он поживёт здесь?

 – Нет, если ты будешь кормить его и убирать за ним дерьмо, – ответил хозяин, глядя как щенок, задрав лапу, справляет нужду на деревянный столб. Девочка, опечаленная судьбой Хлои, ради которой она едва не распрощалась с жизнью, пошла в их общую комнату. Новоявленный Мастер Беггинс бежал за ней, а Экзарх проворчал, глядя им в след: – Лучше было назвать его Хвост.

    Хотя всех интересовало, где она была, и куда делся ожог, об этом её не спрашивали.

Лишь вечером, во время общей трапезы Бальтер, не выдержав задал ей этот вопрос, и едва он прозвучал, восемь человек, как по команде прекратили ужин, обращаясь вслух, даже Бальтазар заинтригованно взглянул на неё. Ощущая на себе их взгляды, Фейга поняла что краснеет. Но что она могла сказать? Правда бы им вряд ли понравилась. Хотя она всё время думала, что нужно будет, как-то объясняться, этот вопрос застал её врасплох.