Время Братства

Что такое отдых усталых людей, у которых нет дома, кроме своего корабля, нет родственников, кроме товарищей по Братству? Песня, вино, смех! Завтра будет новый день и новые труды, а сейчас – гуляй! Звучат тосты: "За Закон Справедливости!", "За Час Равенства!" Веселись, морской бродяга и нет жизни прекраснее твоей...

   Вдруг, притих кабачок, мгновенно отрезвел Ник, на лицо Икрама легла печать благоговения, и даже Конт разом пресек свои сексуальные приключения, стряхнув белобрысую с колен.

В дверь кабачка входил черноволосый бородач в полосатом плаще, украшенном золотой цепью – знаком старейшины Большого Совета Братства.

   Все трое друзей вскочили и, скрестив над головой руки со сжатыми кулаками, разом выкрикнули приветствие: "Попутного ветра, товарищ!" Вошедший улыбнулся, скрестил в ответном приветствии руки с золотыми браслетами и решительным шагом направился к их столу.

   Неподдельной радостью светились лица моряков.

Еще бы! Галерный Раб, в любом порту найдет своего и всегда будет ему рад, поможет, поддержит или, просто составит компанию. Это Закон. В каком бы чине не находился, какую бы должность не занимал, сколько б не плавал – каждый Галерный ему брат.

   – С какого корабля, ребята? – с ходу взял гость быка за рога.

   – С "Дельфина" – на правах старшего ответил Икрам.

   – Как же, как же, знаю. Хозяин – толстяк Луци.

   – Точно! – друзья рассмеялись, почувствовав легкость от добродушия и простоты старейшины. Как приятно знать, что и он считает их равными себе.

   Совершенно незаметно по бокам возникли два здоровенных парня в обычных серебряных браслетах, но(!) с длинными кинжалами у пояса – телохранители. Повинуясь кивку начальника, молча сели, вяло изобразив символический салют.

"Везет же им, – подумал Ник – элита! Могут всюду с оружием ходить, а мы – только на корабле. Впрочем, они-то старейшину охраняют, дело понятное".

   – Прости, товарищ, – неловко спросил он, – у меня к тебе есть вопрос.

   Старейшина с интересом посмотрел на юного собрата, что-то отметил в уме и попросил обходиться без церемоний. Ник осмелел и спросил имя высокого гостя.