Комит Западного королевства

Морские ворота выходили на широкий пустырь, поросший кустарником и тянущийся на добрый десяток лиг. Спрятаться здесь было крайне трудно. Но сегодня ночь стояла безлунная, сильный ветер гнал низкие облака, отбрасывая на мокрую после дневного дождя землю стремительно бегущие черные тени, и уже за сотню шагов ничего не было видно. Комит оглянулся на городские стены. Прибрежный квартал с гаванью, складами, лавками и тавернами был отделен от основного города высокой стеной с тремя башнями. Ворота из гавани в город были сейчас крепко заперты, на стенах и башнях горели костры, и стояла усиленная охрана.

Большинство ратников было сейчас там, в городе. Сотню людей из собственной гвардии комит брал с собой в Иберию.

Наконец, он махнул посыльному рукой.

Снизу донесся скрежет воротного механизма, открывающего путь в гавань.

***

— Ты не представляешь, комит, как долго я мечтал оказаться в твоей гавани, — сказал Тарик. — Но ведь вы, ромеи, нас сюда не пускали. Грязные берберы, поедатели навоза. У нас же нет ничего, кроме страшных баб и полудохлых лошадей, так?

Они ехали вдоль пришвартованных к каменным докам кораблей.

На палубах некоторых из них уже блестели щиты комитской гвардии.

— Скоро у тебя будет достаточно денег для хороших коней и женщин.

Улиас остановился в самом конце гавани, где пристань превращалась в широкую площадь и упиралась в городскую стену.

Две сотни берберов, не умеющие ни держать строй, ни подчиняться приказам, с гортанными криками рассыпались по пристани, задирая моряков и припозднившихся проституток.

— Держи своих людей в узде, Тарик, — буркнул Улиас. — Иначе у нас ничего не получиться.

Бербер хмыкнул.

— Получится. У нас все получится. Деньги это хорошо. Деньги мне нравятся. — И вдруг заорал: — Но мне мало денег!

Тусклый кривой клинок Тарика вылетел из ножен, и тут же ночной воздух разорвал общий берберский рев.

Ромей рядом с Улиасом слетел с коня в одно мгновение, пораженный копьем в незащищенное горло. Площадь моментально превратилась в бурлящий и орущий кошмар, озаренный мерцающим светом костров и факелов.

Берберы носились взад-вперед, насаживая на копья, сбивая на землю всех, кто попадался на пути.

Улиас выхватил меч, осаживая испуганную лошадь.

— Держать строй! В линию! Немедленно!

Ромейская тяжелая кавалерия, полсотни человек, те, кто не успел погрузиться на корабли, ощетинилась мечами, стараясь держаться рядом. Нельзя было им позволять сбиваться в кучу, окруженную со всех сторон.