Страшные сказки для дочерей кимерийца

       Она по-прежнему смотрела на прекрасную Нийнгааль во все глаза, но теперь уже по-другому, не только с обожанием и восторгом. Она смотрела, оценивая и запоминая.

       Между тем Нийнгааль, наклонившись над столом и заговорщицки поведя бровями, словно беря Атенаис в тайные сообщницы, негромко засмеялась и проговорила, косясь на пока еще закрытую дверь:

        — Ты ведь тоже была бы не против привести себя в порядок, правда? А у меня в сумочке найдется масса прелестных вещичек, оценить которые по достоинству сумеет только настоящая женщина!

       Привести себя в порядок!

       Волшебные слова!

       Атенаис чуть не прослезилась, сглатывая возникший вдруг под самым горлом тугой комочек.

После подобных слов она стала бы обожать прекрасную Нийнгааль еще больше — если бы такое только было возможно!

        — Ваша сумка, госпожа!

       Стражник, пыхтя, заволок и с большим трудом водрузил на стол огромную сумищу, более пристойную купцу-караванщику средней руки, чем такой роскошной и утонченной красавице.

За ним топотал еще один, судя по потной сияющей роже — страшно довольный собой. Он тащил наперевес неизвестно где добытый огромный медный котел. Двое самых молодых сноровисто колдовали над очагом, а от колодца уже бежала первая пара с полными вёдрами. 

      К тому же со стражником у ворот препирались два только что подъехавших всадника, пытаясь завести во двор груженую повозку.

В женщинах, сидящих на тюках в этой повозке и в данный миг пугливо озиравшихся на творящуюся вокруг суматоху, Атенаис признала отцовских рабынь.

       Похоже, жизнь потихоньку налаживалась.

***

 — Это грабеж! Конан, я тебя прошу, уйми аппетиты своего ворюги!

        — Хотелось бы уточнить, не грабеж, а всего лишь справедливость. Столица страны никак не может получить меньше торговых привилегий, чем самый распоследний городишко! Иначе какая же она столица?! — Сай воинственно выпятил вперед черную бородку, уже расчесанную и подстриженную аккуратной лопаточкой.

       Квентий в сердцах сплюнул. Закарис крякнул, мрачнея, и посмотрел на Конана. Но правитель Аквилонии от души веселился — сам он уже давно подписал все предложенные Саем торговые льготы для Асгалуна, отлично понимая справедливость его претензий.