Страшные сказки для дочерей кимерийца

      — Срочное сообщение от конфидентов Гленнора. Ты был прав — опять Шушан. Они собираются убить Зиллаха — завтра, во время торжественной церемонии, прямо на площади.

      Может показаться странным, но услышанное Конана успокоило. Подлость одного из местных королей была привычной и понятной, с ней можно было бороться. Значит, не зря был этот ознобный жар по позвоночнику — не разучился еще определять надвигающуюся опасность коронованный выходец из дикой Киммерии.

Вот оно.

      — Идиоты! — выдохнул Конан почти беззвучно, представив залитый кровью и заваленный обрубками тел торговый город Асгалун. Бывший торговый город, если намеченное убийство завтра действительно произойдет. Потому что десяток пошедших вразнос после смерти хозяина цыгу — это не просто страшно. Об этом и через десятки зим будут рассказывать жуткие легенды долгими зимними вечерами своим правнукам — те, кто выживет. И будет их немного. Выживших, а не жутких легенд… — Идиоты… Или — умные сволочи.

      Квентий еле заметно кивнул, продолжая презрительно морщиться.

      — Именно. Войска нашего дражайшего Селига в дневном переходе от города. Завтра с самого утра они тронутся в путь. Официально — чтобы принять участие в церемонии, пусть и слегка припоздав. Все просчитано — они придут в Асгалун к вечеру. Через несколько часов после убийства Зиллаха.

      Ловко.

       К вечеру.

Когда в городе уже почти не останется живых, а израненные и уставшие цыгу сделаются вполне доступной добычей. Те из них, которые к тому времени не будут убиты и не покончат с собой, как делают многие из них, отомстив за убитого командира. К приходу шушанских «освободителей» в Асгалуне не останется боеспособных стражников и действующего правительства — об этом цыгу позаботятся в первую очередь. А уцелевшие жители на руках будут носить любую армию, избавившую их от подобного кошмара…

      — Возможно, они узнают о трагедии еще днем, от беженцев.

И будут очень торопиться. Но все равно опоздают…

      — Ловко.

      — Соседи не смогут возразить — он не захватчик, он освободитель. И, к тому же, — он не против объединения Шема под властью достойного короля — он так и объявит, сразу же, завтра вечером. И сразу же разошлет гонцов — думаю, письма уже готовы.