Медом по крови

В этих-то, диалектов разбирались все. Не одну ведь сотню лет счет за гномами тянется…

Анатольцы  шли мимо, казалось, вечность. Кровь начала застывать в замерших до полной неподвижности телах. Но, в жизни проходит все. И шаги все-таки, затихли вдали.

   Из сдавленной груди воздух выходил с легким шипение. Растворяясь в еще не рассеявшейся темноте.

  - В себя пришли. – не спросил, а утвердил Гарайд. – Вперед.

  Беззвучно постанывая от боли в сведенных ожиданием мышцами, отряд пересек дорогу, и, через еще пол-лиги, забравшей у каждого не один год жизни, остановился у огромного мусорника.

Прожорливые дикари, дорвавшись до имперского снабжения, отчаянно отъедались после несытой жизни под горой. И мусора, соответственно, навалили за два месяца стояния лагерем, столько, что за кучей мог вполне незаметно пастись не один мумак.

   Лучшего укрытия и придумать нельзя было. По свалке шныряли только крысы, а до  нужной точки было не больше квадранса не быстрого бега.

Зарывшись в хлам и объедки, распределив по часам дозор, «Псы» провалились в провал сна.

Тот, кто нужен был, появился уже под самый вечер. Небольшой эскорт частично остался перед штабной землянкой, частично втиснулся отогреваться.

  - Есть. – обрадовано шепнул Велга, приникший  к увеличительной трубке. – Наша птичка на месте.

   Последняя проверка не заняла больше времени.  Да и роли расписаны были давно. Еще в Видье. Больше времени заняло переодевание.

  Когда несколько офицеров во главе с полковником союзной армии, появился совсем рядом с постом, старший десятник даже не удивился.

Клан уже пятнадцатый год поставлял в союзную армию солдат, и он, Подрыв Устоев, был еще в числе первых. Так что, не без оснований считал себя ветераном, и привык, не удивлялся ничему.

  Так и умер с улыбкой на лице. Когда один из встреченных альвов вбил тонкий клинок, похожий на шило, между широких колец байданы. В печень. Десятник сполз по стене, так и не поняв, что его караул уже готов встретить командира за столом Пришедших….

  На освещенный несколькими десятками свечей стол плеснуло чем-то черным, тускло блеснувшим в неверном свете.  Успевший только схватится за топор, единственный из выживших, тут же уронил его, и упал лицом точно на вспоротый живот своего зама.

  - Князь Баграт? – Спросили, небрежно вздернув позеленевшего гнома, оторвав от земли на пару вершков.

  - Нет! – отчаянно замахал головой пленник.