Медом по крови

Вставлять фитиль. На будущее. 

Косач же, решив не влезать в хромую, но все же налаженную систему работы, отошел подальше и уселся на кочку, наблюдая за происходящим. 

Сбор ценного имущества подходил к концу. Убитых, многие из которых раздеты были догола, сволакивали к обочине, чтобы прямо там и закопать. Трупы оставлять на потраву лисам и воронам никто не собирался. Ты ведь только подобное сотвори раз, и все. Такая резня пойдет, что все кровью умоются. Никак нельзя взять и оставить.

Ни Айон не поймет, ни Тенгри...

Но долго скучать полковнику не пришлось. Из пленных привислянцев надо было отобрать тех, кто готов стать под золотое знамя с волчьей головой. 

Говоря между своими, полковника немного потряхивало. Трусом он не был, упаси Айон и все прочие боги. Но одно дело кидаться в омут драки-круговерти, где каждый миг сулит пулю в грудь или клинок в печень. И совсем другое, стоять напротив врагов нынешних, пытаясь заставить стать врагами бывшими.

Стоять, и знать, что не обыскивали ведь их. И запросто может найтись пистоль, до поры укрытый за пазухой или в кармане...

 - Долго говорить я не буду! - сказал Косач, взобравшись на лафет. Тушу разорвавшегося инрога скинули, а вот лафет пригодился. Не на тулумбас же влезать грязными сапогами.

Привислянцев уцелела, считай, треть. Потому, на полковника уставилось пар триста глаз. И у каждого из смотрящих, меньше часа назад погиб товарищ, друг, а то и кровный родич.

..

 - По первости, прошу меня простить, - И полковник низко поклонился, - за ту кровь, что вы пролили, побратимы ваши.

Неожиданное начало взбудоражило пленных. Пошли переглядки, шепотки поползли. Удивил пан Вылк, ей богу, удивил! До самых печенок прямо!

 - Вина в том, не на мне! И не на них! - выпрямился Косач, и обвел рукой цепочкой стоящих Безликих. Зацепил и роту Волков, расположившихся поодаль. Гвардейцы, в молниеносной схватке вырезав все разъезды, потеряли всего пару человек.

.. - Вина за кровь вашу - на преступном Владзиславе, что трон узурпировал, истинного короля нашего, в темницу заточив! Сановники же и магнаты, преференции  всякие получив, Жигимонта нашего предали! За тарелку супу! 

Привислянцы загудели. Видать, не такими уж верными они были, как в Орше считали. Но Косач не позволил себе радоваться раньше времени. Мало ли что...