Не оставляющий следов: Исправление имен

Держась за руки, мы присели на диван, жадно разглядывая друг друга. В уголках серых глаз выразительно залегли жемчужные тени, брови изогнулись крыльями бабочки, русый локон выбился из высокой прически и коварно подчеркнул трогательный наклон шеи… Тонкая фигура с весьма соблазнительными формами буквально утопала в кружевах и блестках льдистых цветов Иса. Да, фасон, некогда отвергнутый Аянгой, чрезвычайно шел юной красавице. Так же, как церемониальный кафтан в степном стиле, изготовленный портняжками, подходил моей телохранительнице.

– Угостишь сестренку? – Нила игриво подмигнула и будто случайно выдернула пальцы из моих ладоней: первые минуты восторга сменились обоюдным смущением. – Тебя сегодня обязательно накормят чем-нибудь вкусненьким. Скучал по домашним сладостям?

– Скучал, конечно, – я подвел ее к низким креслам у столика. – Давай наслаждаться ими вместе, как в детстве…

– Да, как в детстве… – эхом отозвалась она, изящно облокотившись на изогнутый поручень и высунув носочек расшитой жемчугом туфельки из пены кружев.

– Будто сто лет назад это было.

– Как ты жила тут без меня? – я налил вина в ее бокал. Запахло персиками.

– Ой, все эти переезды, – она чуть наморщила носик. – И так некстати… в горном поместье, конечно, тоже ничего так жилось, но такая тоска, и никакого приличного общества. А потом меня представили ко двору. Вот это, скажу я тебе, было здорово, – сестричка и не пыталась скрывать, что гордится собой. – А ты как, бедняжка, один, в старом убогом доме?

– Неплохо, – так хотелось рассказать обо всем, что случилось со мной, – и даже очень неплохо.

Мы с наставником…

– Забудь, – тонкие пальцы требовательно легли на запястье. Чуть шевельнулся под кожей уроборос, я почти не вспоминал о нем в последнее время. – Забудь обо всем. Неподобающая для Иса жизнь закончена, теперь будет все по-другому.

– Нила, я столькому научился за эти три года…

– И всё, братик, не тому! – Никогда раньше родной любимый голос не звучал столь снисходительно.

– Я, конечно, люблю тебя, Ганга, но должна сказать, что ты выглядишь и ведешь себя совершенно неприемлемо. Не знаю, какие планы на тебя у отца, но вряд ли он допустит твое появление при дворе в нынешнем виде: таких простаков там едят на завтрак. И, пожалуй, – она азартно сверкнула глазами, – я сама возьмусь за тебя! А первым делом…

Я отказывался верить своим ушам. Сестра ехидно раскритиковала все, что успела заметить за первые минуты встречи.