Кровь героев

Сшито-то когда-то крепко, да время ушло - нитки сопрели. Государства – они ведь как люди и рождаются и стареют и умирают.

Он принялся загибать пальцы.

- С полуденной стороны саркинозы их щиплют, с заката - родня наша, славяне болгары да иные племена. Мы в стороне не остаемся…Степняки своего не упускают. Своих-то сил мало вот они и задумываются там – что дальше?

- И что дальше?- серьёзно спросил князь.

- А дальше они либо подпорку из кого-нибудь себе сделают, либо, если не успеют, развалятся. Расшатаются скрепы, и разлетится Восточная Империя на кусочки – подбирай, кому не лень нагнуться.

 

Князь хотел возразить, но волхв не дал.

- Не сегодня, понятно. И не завтра, но обязательно… А куски эти просто так лежать не будут. Всегда найдутся желающие их подобрать. Ничье будет - чужие люди к этим кускам руки потянут, а если найдется хозяин…

- Так это ты меня в подпорки? – сообразил князь, надуваясь гневом.

Волхв поморщился.

- Опять не понял. Не в подпорки - в хозяева! Если женишься на принцессе - так по жене право иметь будешь на земли.

Либо ты, либо твое потомство эти права предъявить сможешь.

Он посмотрел строго.

- У христиан в одной из книг черным по белому написано «Время собирать камни и время разбрасывать камни…» Так вот сейчас надо подумать о том, чтоб, когда время придет собрать камешки-то. Чтоб к нашим рукам прилипло, а не к чужим… 

Волхв махнул рукой, словно какую-то мелочь вспомнил.

- А слобода твоя, бабья, если еще не перебесился, пусть останется.

Кому от этого хуже?

Князь пожал плечами. Теперь то, что говорил волхв, уже не казалось глупостью, но из чувства противоречия он все-таки возразил.

- Одна баба другой не лучше.

- Какая-то – да, а какая-то – нет, – не стал спорить волхв. - Да и не знаешь ты, от чего отказываешься. Хочешь, покажу?

Князь не ответил, загородившись кувшином, но волхв уже засучил рукава.

- А ну-ка, князь, подвинь-ка зеркало…

…С дворцового подоконника мир внизу казался таким милым, таким справедливо устроенным, что хотелось поблагодарить Господа за то, что он позволил людям жить на этой земле и творить тут свои мелкие дела.

Аккуратные белые домики, облитые солнечным светом, спускались по холму вниз к бухте, заставляя забывать о внутреннем убожестве и бедности, вдобавок дивный запах роз из дворцового сада заливал воздух вокруг дворца, не позволяя думать, что где-то в этом прекрасном мире есть и что-то низменное – запахи, люди, дома.