Вредные товары

Вредные товары

Михалевская Анна

Вредные товары

– Клянусь здоровьем моей кошки, это лучший товар! – Торговец цокнул языком, маслянисто заблестели глаза. 

Я с надеждой перехватил из его рук флакон. Надпись на ярлыке гласила: «Полуправда», и ниже убористым почерком: «Настояна на чистой лжи». Внутри бурлила жидкость, которая постоянно меняла цвет. Сейчас колба наливалась кроваво-красным.

– Но я же просил искренность! 

От отчаяния я стукнул по прилавку кулаком. Жалобно зазвенела коллекция склянок: «Правда для обманутых жен», «Правда для сборщика податей», «Правда для умирающих».

.. 

Сегодня к полудню Кайла, моего брата-близнеца, осудят и казнят! Эта лавка была последней надеждой, больше идти некуда. 

– Ты бы еще любовь затребовал! – Хозяин принялся расставлять пузырьки на полки. – Исключительно вредные для здоровья товары, запрещены королевской лицензией, кстати! Знаешь, сколько люда из-за них сгинуло – кто сам на тот свет отправился, кому помогли?!

Я кивнул.

Колдун предупредил – мол, достанешь искренность, брат выживет, ну а сам отдашься на милость Небу.

Торговец воровато зыркнул по сторонам и сунул мне в руки прозрачный пузырек. Золотой звякнул о прилавок. Я поспешно вышел из лавки, едва не опрокинув чучело кошки. Судя по довольной морде, кошка, хоть и набитая ветошью, чувствовала себя прекрасно. 

***

Кайл всю жизнь ходил по скользской дорожке. Бывало я вытаскивал его, захмелевшего, из таверн, возвращал за Кайла долги лавочникам, прикрывал, когда тот бежал от очередного разъяренного рогоносца.

Но брата любили, ведь он жил легко, одним днем, смеясь. Я не мог позволить себе такой роскоши – кто-то должен был сохранять здравомыслие. Тяжелая работа в гавани не давала умереть с голоду. Я даже умудрялся кое-что откладывать, мечтая когда-нибудь вырваться из захолустного городишки в столицу. И утешался тем, что не крал – ни чужих жен, ни времени, ни золотых.   

Вчера Небо отвернулось от Кайла, в рыбацком квартале нашли тело гвардейца, в груди – шпага брата.

Фамильная, с позолоченной гардой. На весь город лишь две похожих – моя и его... Раскаяние могло спасти жизнь брату, казнь бы заменили галерами. Но зная строптивого Кайла, глупо было уповать на такой исход...

Скрипнули петли покосившейся двери, я пригнул голову, переступая порог древнего, как сам хозяин, жилища. Колдун сидел в плетеном кресле, словно ворон в гнезде, ощупывал меня липким взглядом.