Кровь героев

Вместо того, что б поговорить с равным себе об умных вещах, о том, как звуки тайных слов будят Изначальную Силу, ему приходилось говорить о старых врагах, озабоченных ерундой, вроде жизни той мелочи, что прозябает где-то внизу…

- Так дальше продолжаться не может. Я и так слишком много времени трачу на них, - чуть брезгливо выпятив губу сказал Сарс. - Мои вожди беспокоятся. Всё время надоедают с просьбами… Я двух убил, но новые не лучше. Не дают мыслить о Высоком. Что-то надо с Киевом делать.

Циндал кивнул, вполне понимая, о чем речь.

Степь, где сидел Сарс и Русь никогда не жили в мире. Вожди Сарса, как и подопечный Белояна князь Владимир не любили мирного безделья – одного поля ягоды. Разница между ними была только в том, что степняки пощипывали Русь, а славяне, отвечая им тем же, еще и Империю пощипывали. Так что славян нигде не любили.

- Да-а-а-а, - вежливо безразлично отозвался Циндал. – У нас их тоже не жалуют.

- Я слышал, басилевсы все еще платят дань Киеву? – ехидно поинтересовался Сарс.

- Это не дань, - отмахнулся Циндал. – Так… Подачка. Чтоб князь отстал и не мешался под ногами.

- Ну да, ну да... – закивал Сарс.

Говорить об этом Циндалу не хотелось. Слабость Империи  вреде бы бросала тень на его могущество. Ехидность вопроса и улыбочку он оценил и вернул коллеге долг. Притворившись обеспокоенным, он сказал.

- Тут у нас еще одна новость. Принцесса Анна как-то сумела познакомиться с князем Владимиром.

Сарс намека не понял, о другом подумал.

- Белоян помог?

- Да какая разница? Белоян или кто-то еще показал ей его или через зеркало или через воду.

Намека Сарс опять не понял и Циндал сказал прямо в лоб.

- Влюбился князь как мальчишка. Тут же жениться восхотел!

- И? – обеспокоенно протянул степной колдун. До него, наконец, дошло, чем все это может кончиться.

Глаза степняка в шаре прижмурились, стали еще уже. Он уже начал просчитывать, как это отразится на Степи. Известный буян каган Владимир и так-то спокойно не сидел у себя в Киеве, а если его еще и Империя со спины подопрет… Нехорошо как-то для его вождей выходило.

Это у колдунов симпатии-антипатии, а у князей да императоров вместо этого политика. Тут союзов ищут да выгод. Сегодня тот друг, а этот – враг. А завтра может быть и вовсе наоборот.

Для вождей степняков князь Владимир виделся только помехой, а вот для басилевсов в их сложном положении он мог быть и врагом и другом.