Два письма, написанных во Франции осенью 1582 года

Его охота в тот день оказалась неудачной, олени не подпускали его на расстояние выстрела, и он возвращался уже домой, когда услышал жуткое рычание из оврага, склоны которого заросли папоротником. Медленно пятясь, охотник приготовил ружье, но зверь — это был огромных размеров белый волк с горящими красными глазами — выскочил на него так внезапно, что выстрел Фероля не попал в цель. Волк, лишь на мгновение остановившись, прыгнул вновь, норовя вцепиться ему прямо в горло.

К счастью, Фероль успел ударить его прикладом в морду...

Ты знаешь мое отношение к этим охотничьим рассказам, дорогая, все охотники отважны как Дегюклен, но...

Волк с воем отскочил, но намерений убить охотника не оставил. Так или иначе, с помощью мушкета, который Фероль превратил в дубину, и тяжелого охотничьего кинжала с широким лезвием, ему каким-то образом удалось противостоять страшному зверю. И в конце концов он сумел отсечь волку лапу, и зверь бежал.

У охотника же уже не было ни сил, ни желания преследовать его, и он поплелся домой, изнемогая от боли и усталости.

Слушая этот рассказ, Санрош то и дело прерывал его восклицаниями. Фероль указал на свою сумку: «Я прихватил с собой трофей — отрубленную лапу зверя, — сказал он. — Ты можешь убедиться в правдивости моего рассказа».

Он открыл сумку и вдруг сдавленно вскрикнул. Уж казалось, он и так был бледен, но сейчас он побледнел еще больше. «Ничего не понимаю, — прошептал Фероль. — Ведь это же была волчья лапа!»

Санрош заглянул в сумку и его охватил ужас: в мешке лежала отрубленная кисть человеческой руки! И рука эта без сомнения принадлежала женщине! На мертвых изящных пальцах было несколько колец. И с еще большим ужасом Санрош узнал одно из них, украшенное голубым топазом.

Это был любимый перстень его жены.

Санрош немедленно поспешил в комнаты супруги, и слуги сразу на пороге сообщили, что госпожа только что была найдена в саду с тяжким увечьем. Он направился прямо в комнату своей жены, где и обнаружил ее лежащей на кровати в полубессознательном состоянии, истекающую кровью.

Кисть ее руки была отрублена.