Хлеб печали

Он много пил в последние годы, - ее глаза потемнели, - бил мать и меня… К счастью, мне повезло встретить своего мужа, который осмелился жениться на мне, несмотря на такое позорное родство. Впрочем, я его вторая жена. Первая уже лежит в семейном склепе, - почти с улыбкой добавила она.

- Как он отпустил вас путешествовать одну?

- Только лишь благодаря моему дару убеждения…

- И хитрости?

- И хитрости, - подтвердила она весело. – Но хватит о моем муже, раз уж, слава Господу, его здесь нет.

Если бы не он, я бы не встретила здесь вас. Как вы сюда попали, любовь моя?

Анна выжидательно на него взглянула. Все в ней было мило: и разрез глаз, и рисунок губ, и ее привычка щуриться, когда она начинала говорить с легкой усмешкой. Она была умна, но не отталкивала, как иные женщины, кичащиеся своей ученостью, и Руди это нравилось. Он открыл рот, чтобы рассказать ей о том, как охотился за оборотнями и ведьмами и как попал в немилость из-за этого, но в дверь постучали, и драгоценный миг был упущен.

- Ваша племянница хочет видеть вас, ваше сиятельство, - послышался глухой и почтительный голос слуги, затем он ойкнул, будто от боли, и детский голос требовательно заявил:

- Мне очень нужно ваше разрешение, потому что без него Штефан не желает заниматься со мной фехтованием! Это несправедливо!

Анна улыбнулась Руди, призывая его в сообщники.

- Поразительно невоспитанное дитя, - шепнула она ему, но громко сказала иное: - Я разрешаю тебе, Матильда.

Передай ему, что ты можешь заниматься сегодня фехтованием, а не танцами.

- И не правописанием, - просительно добавил голос.

- Нет уж, от правописания тебе некуда деться. Баронессе не пристало быть неграмотной. Даже в этом маленьком городке дети разумеют больше тебя и в науках, и в манерах.

- Не все, - возразила Матильда, но спорить не стала. – Штефан не поверит мне на слово после случая с свиным окороком. Могу ли я попросить вас принять его?

- Ну что ж… - Анна сделала вид, что задумалась.

Она улыбалась Руди. – Пожалуй, позови его. Воспользуйся моей добротой сегодня, но в следующий раз за такую дерзкую просьбу я прикажу тебя выпороть вновь!

- Эта маленькая дикарка без спросу утащила с кухни свиной окорок, - вполголоса сказала графиня Руди, когда племянница, пробормотав слова благодарности, удалилась. Анна все еще улыбалась, но на этот раз мечтательно.