Хлеб печали

В другой раз она торчала на условленном месте встречи несколько часов, поднявшись на рассвете, потому что ее пообещали взять с собой собирать землянику, а потом – когда Лене вернулась домой, расстроенная и сбитая с толку, - ей досталось мокрой тряпкой от матушки за то, что бездельничает невесть где в то время, как дома полно работы. Рядом с ними Лене чувствовала себя словно вылепленной из другого теста; она не умела смеяться без причины, мало говорила, все делала медленно и всегда удивлялась, когда кто-нибудь ее обманывал.

Впрочем, несмотря на это, Лене все еще надеялась, что когда-нибудь они подружатся, будут делиться секретами и играть в игры, а уж когда они станут совсем взрослыми, лет через семь, то будут вместе ходить по вечерам на танцы и гадать на женихов. Она вздохнула, отряхнула застиранный до серости передник, положила в него башмаки и зашагала вниз по тропинке, навстречу смеху.

Черные пушистые утята барахтались на мелководье под присмотром сразу трех хозяек: долговязой Мари, у которой все руки были в цыпках, пухлой Берты и веснушчатой Греты, которая умела метко плевать в цель, не хуже какого-либо мальчишки. Все трое весело шлепали по воде, подняв высоко подол, глядя вполглаза, чтобы утята не уплывали далеко и не ныряли в густую траву, откуда их сложно было выгнать, но как только они заметили Лене, то застыли, глядя на нее исподлобья.

- Можно мне поиграть с вами? – спросила Лене, остановившись чуть поодаль, как учила ее бабка. К знатным людям нельзя было подходить близко, говорила та. Они могут прогневаться и тогда жди беды. По горькому опыту Лене знала, что и деревенских лучше было не злить.

Девчонки переглянулись.

- Ну, пруд не куплен, - сказала Мари, внимательно разглядывая Лене. Ей было уже десять, и именно она дала Лене камешек под видом леденца.  – Но тебе сюда ступать не стоит.

- Почему? – серьезно спросила Лене.

- Позавчера здесь видели щуку размером с мельничное колесо. Говорят, она откусила ногу у теленка несколько лет назад. Ты ей будешь на один зубок

- Неправда, - неуверенно возразила Лене. 

- А вот и правда, - ответила Грета. Она защемила нос пальцами, будто откуда-то воняло. – Мой отец ее как-то видел собственными глазами. Мы-то ее не боимся, а твоя бабка - ведьма, и ты - ведьма, потому она первым делом в тебя и вцепится.