Бажен

Звуки витали в просторном помещении, освещённом чадящим светочем, и выбирали тех, для кого предназначены, обходя тех, кто должен выжить.

Сначала упал монгольский воин, что стоял за спиной Коловрата. Выронил меч, который приставил к спине богатыря, и, не успев сказать ни слова, рухнул спиной назад, вывалился наружу, в утоптанный снег. Упал ещё один монгол. В следующее мгновение лежали все, кому следовало, кроме Батыги, его уложить Бажену отчего-то не удалось.

Бату оглянулся на лежавших воинов. Поднёс кровоточащую ладонь к глазам.

И понял, что Бажен умеет не только лечить. И что его он врачевать и не собирался.

Тут уже и Коловрат догадался, что затеял Бажен, и по растерянному виду мальчика сообразил, что у него получилось не всё. Бату оказался слишком силён, не поддался чарам волховской дудки. Бажен не знал, почему свирель не подействовала на Батыгу, почему смог противостоять древней ворожбе волхвов Перуна.

Коловрат поднял монгольский меч и бросился на Бату. Однако монгол отскочил, полоснул ножом по руке богатыря, и рванулся к стене и в одно мгновение исчез.

Коловрат ринулся за ним и обнаружил в войлоке разрез, через который и выбежал наружу хан Батыга.

– Упустили! – воскликнул Данила. – Он сейчас тревогу поднимет.

За стеной послышался гвалт. Весь монгольский стан ожил и пришёл в движение.

– Уходить надоть! – прохрипел Коловрат. – Сожгут нас здесь, ежели не побежим.

– Толмача вперёд толкайте, – сказал Бажен. – Пусть говорит, что я могу убить всех.

– А ты могешь?

– Насчёт всех не знаю, – тихо сказал Бажен, чтобы услышал лишь Коловрат.

– Но сколько смогу – изнитожу.

– Тогда пошли. Слышал? – обратился Данила к толмачу. – Шагай впереди. И говори, что отрок велел. Иначе голову снесу.

Толмач послушно вышел наружу, следом – Данила с мечом наизготовку, за ним Бажен и Всемил. Коловрат шёл замыкающим.

Толмач громко вещал на монгольском. Бажен не понимал ни слова, но по испуганным лицам кочевников догадался – тот не соврал и говорил, что велели.

Бажен принялся играть на дудочке и воины вокруг него стали падать замертво.

Больше всего Бажен боялся, что кто-нибудь догадается выстрелить в него из лука, но монгольские воины были слишком напуганы.

Так быстрым шагом, почти бегом, толкая перед собой толмача, добрались до окраины стана, а там всё бросили, оседлали монгольских коней и поскакали к лесу.

Коловрата удивляло, откуда здесь взялся сам Батый, ведь его ставка находилась в другом месте под надёжной защитой, туда вот так запросто не добраться.