Бажен

Долго ждать не пришлось – монголы подошли днём – не любили они ночных битв.

Русичи вышли из леса.

– В бой, братья! – закричал Коловрат с коня, вынимая из ножен меч.

– В бой! – загудел отряд. – За Рязань! За братьев! Ме-е-есть!

Монголы тоже что-то кричали, их крики сливались в общий неразборчивый гул.

Данила перед боем наказал ребятам держаться рядом с ним, и они старались от него не отставать.

С обеих сторон в небо взлетели тучи стрел, люди с криками падали с коней и погибали под конскими копытами. Кольчуги спасли не всех – ехавшему рядом с Баженом ратнику монгольская стрела пробила шею, и он упал, обливаясь кровью.

Он был ещё жив, когда копыта смяли ему грудь. Оглянувшись, Бажен увидел только его широко раскрытый рот, а крика не услышал.

Дождь из стрел скоро прекратился – обе рати стремительно сближались, и спустя небольшое время первые ряды схлестнулись в жаркой сече.

Коловрат скакал впереди и размахивал своим огромным богатырским мечом, его окружали с десяток богатырей под стать ему.

Они легко врубились в ряды монгольских воинов, разрезав рать кочевников на две части. Лезвия мечей блестели в лучах солнца, отсвечивая красным, и рубили тела врагов, сбрасывая их из сёдел.

– Вперёд, братья! – кричал Коловрат, продвигаясь вперёд. – Смерь ворогам!

– Ме-е-есть! – откликались соратники, следуя за ним.

Монголы не ожидали такого напора, середина строя продавилась, в неё вклинились всадники-русичи. Коловрат быстро продвигался вперёд, круша своим мечом монголов. Никто не мог сравниться с ним ни по силе, ни по ловкости.

Он уже зарубил с десяток кочевников, а сам не получил ни одной раны.

Небольшое замешательство монголов стоило им дорого. Вслед за Коловратом с двух сторон вгрызлись в ряды кочевников другие воины и монгольский отряд оказался рассечённым на несколько долей. Монголы растерялись – все они были отрезаны от своих товарищей и окружены со всех сторон врагами.

Удачное начало боя воодушевило русичей, и они принялись рубить монголов с новой силой.

Первое время Бажен стрелял из лука через головы ратников, но когда загремело железо, он убрал лук за спину. За меч браться было ещё рано, звуки битв громыхали впереди, они ещё не настигли монгольской рати.

Страха он не чувствовал, уже ко всему привык за последнее время и лишь думал о том, как нанести больше вреда врагам и уцелеть самому.

Всемил ехал рядом с ним, а Данила чуть впереди. Ратник изредка оглядывался и проверял, не отстали ли его младшие товарищи.