Бажен

Сокол встрепенулся, расправил крылья и стал прохаживаться по крыше, смешно шагая и важно вертя головой.

Человек прошёл уже половину поля и перестал быть незнакомцем – Бажен узнал Безпелюху, который его провожал.

Уж кого, а этого нет нужды не бояться. Бажен слез с крыши, окликнул Беляну и велел ждать доброго гостя. А сам побежал навстречу Ивану Безпелюхе, огибая деревню.

Когда богатырь вышел на край поля, Бажен закричал:

– Безпелюха! Иван!

– Бажен, ты, что ли?

– Я! – радостно заорал Бажен.

– Жив! Ну слава Перуну! А я уж боялся, что один совсем остался.

Иван подошёл к Бажену и обнял за плечи.

– А ты чего за мной пошёл? – спросил Бажен.

– А некуда мне податься боле, – со вздохом ответил Иван. – Пришли монголы и сожгли наш дом. Я вернулся, а там всё в дыму. Все убиты. А монголы на поляне стан разбили, ночевать собрались.

– Всех убили?

– Никого не оставили. Я в лесу притаился, и ночью к стану подошёл. Четверых убил стрелами. Проснулись, переполошились и за мной. Я в лес и окольными путями сюда. Со следа сбил, но не знаю, надолго ли.

– А чего туда пришли?

– По следу шли. Я слышал разговор проводников. Думаю, что за тобой. О мальчонке говорили. Велика ты шишка, коли за тобой целый отряд отправили. Ладно, расскажешь, как дело обстояло. – Безпелюха оглядел остатки деревни. – А тут что случилось?

– Тоже монголы. Из всех местных одна Беляна осталась. Внучка деда Тимофея, мы со Всемилом у них недолго жили. Беляна сейчас в избе сидит.

Сокол кружил над головами, то приближаясь, то отдаляясь, иной раз чуть ли не над головами пролетал.

– Что за чудной сокол? – спросил Безпелюха. – Бешеный!

– Нет, – фыркнув, ответил Бажен. – Это мой друг. Охраняет меня.

– Сокол? Друг? Да ты никак кудесник?

– Ну кудесник не кудесник, а кое-что умею. Не зря с волхвом жил.

– Дык я тоже с волхвом жил, а ничему не научился. Эх, не зря меня Безпелюхой называли.

В натопленной избе Безпелюха разделся, и оказалось, что парень ранен. Наконечник монгольской стрелы с обломанным у основания древком торчал в боку.

Беляна нагрела воды и промыла рану. В запасах хозяина нашлась медовуха, и Иван выпил пару чарок, чтобы стихла боль. А пока пил, Бажен сидел и негромко насвистывал песенку.

– Ну как, не болит уже?

– Да, перестало. Знатная медовуха.

Беляна прыснула.

– Чему смеёшься? – спросил Безпелюха.