Бажен

Но теперь всё портил чёрный дым, тяжело стелившийся над лесом.

Бажен подошёл к околице и заметил человека, который лежал на дороге. Это был Вячко. Из груди его торчали три стрелы со странным оперением. Слишком много мёртвых за последнее время повстречал Бажен, чтобы сразу определить – дядька умер. Рядом с ним лежала тётка Весняна, тоже утыканная стрелами. У обоих в руках серпы, которыми они отбивались от врага. Понимая, что живых он здесь не увидит, мальчик в деревню заходить не стал.

Зимой, когда землю не возьмёшь заступом, людей не хоронили, их оставляли до весны лежать в холодных клетушках.

Бажен оттащил тела дорогих ему людей с дороги и, наломав веток, прикрыл, как смог. Сверху соорудил крест, связав ветви куском ремня. Может быть, люди увидят да похоронят по-человечески.

Бажен развернулся, чтобы направиться обратно в лес. В десятке вёрст, за лесом, есть ещё одна деревенька, туда он и замыслил идти.

Не успел отойти и сотню шагов и заметил, что по полю скачут всадники. Это были не русичи. По рассказам стариков он узнал этих воинов – это были монголы.

Это у них такая одежда, такие лохматые кони, которые не боятся ни морозов, ни глубокого снега.

Свершилось то, о чём говорил Булат. Равновесие было нарушено. Кочевой народ пришёл грабить и убивать.

Бажен бросился назад, в деревню, надеясь, скрыться в домах. По дороге наткнулся на несколько мёртвых тел. Кто-то был убит мечом, кто-то стрелой. Деревню сожгли не княжеские витязи, а монголы.

Убежать не удалось. Конники догнали, набросили на него аркан и, протащив по снегу до другого конца деревни, спешились и подошли к нему.

Развязали, поставили на ноги, отряхнули от снега. Затолкали в уцелевшую избу и стали расспрашивать, но Бажен языка кочевников не понимал.

Он стоял середине маленькой светёлки, а вокруг сидели пятеро монголов в косматых шапках и смотрели на него страшными звериными глазами. В голове гудело, в глазах мелькали блестящие мошки.

Привели толмача и с его помощью нашли общий язык.

– Ти кито таков и отикуда пиришёл? – спросил толмач, коверкая русские слова.

– Жил я здесь раньше. Домой вернулся – нет дома. И живых – никого.

– Чием зыанимаешься? Чием жыивёшь?

Бажену в голову пришла дикая мысль.

– А скоморох я. На дудке играю. Людей веселю за денежку да за еду.

Толмач перевёл слова, и монгол с улыбкой закивал.

– Играй. Понравыится – жив будыш!

– Это можно! Это мы быстро!

Бажен вынул из сумы свирель и поднёс к губам.

– А не обманете?

Не дождавшись ответа, усмехнулся и начал играть.