Зарина

Он знает – у меня особый дар: я слышу. Для обычных людей Дракон мёртв, для меня – нет. Аллах отомстил мне за невнимание к словам учителя, я оказалась отмечена дланью Небес.

Иногда (но только тс-с, друзья мои! Никому ни слова…) я отваживаюсь нарушить запрет, про который сказано в Коране. Рисую. Почему-то дракон представляется мне совсем не чудовищем, а красивым молодым парнем. Я рисую его в просторных синих одеждах, с русыми волосами, на такой же синей траве (иногда – лиловой. Знаю, трава не может быть лиловой – но мне всё равно).

Босым. Наверно, он джяур; подчас я думаю, что за это Хызр и околдовал дракона. Верил бы тот в Аллаха – так сам бы попросился к нашим ханам на службу. Таскал бы камни, помогал строить порт… Да мало ли!

Правда, потом я все эти рисунки сжигаю. Только моя невольница, чернокожая Саида, знает о тайном пороке, коему я подвержена. Но Саида никогда никому не расскажет… надеюсь. Иначе – несдобровать мне, могу и поплатиться головой.

Недавно к хану привели новую рабыню. Она откуда-то с севера; крепкая баба, с головы до ног в волчьих шкурах.

Кажется, сарматка. Хан хорошо относится к ней, потому что она – молчунья. Не в натуре Рашида любить тех, кто может возразить на любые его слова…

А, да: брата и сестру я давно не видела. Очень давно. Уже почти забыла, что они где-то есть. (Но хаджу Ахмета, как ни странно, и посейчас помню…)

Как вы там – Айша, Али? Вспоминаете меня хоть иногда?..

Мне двадцать два. Я во дворце… и, похоже, хан о моём существовании упорно не хочет думать.

Северянка Мара – вот кто нужен ему. Не знаю, что за прелесть он находит в её обществе, но это так: Рашид часами коротает время, тупо уставясь на грузное волосатое тело. Мара молчит; Рашид тоже ни слова не проронит, – и оба довольны, как… как я не знаю, кто. Со мною он, по крайней мере, разговаривал. Мало, вяло, но тем не менее.

Саида сказала однажды:

– Он ещё не стал человеком… но уже перестаёт быть скотиной. В нём проснулся интерес к жизни! Теперь ему хоть что-то нужно.

Не знаю, может, это и так. Однако я тоскую по тому хану, которого знала раньше. По великолепной, царственной мрази (если такое сочетание слов вам что-то говорит).

Блуждая в недрах змеиного тела, я иногда вижу невольников. Как и я, они бродят по кишкам Чудовища без особой цели. Среди невольников есть косматые северяне; если я правильно поняла, они тоже эту Мару ненавидят. То ли сарматка была у них княгиней, а они на неё день и ночь пахали, как тягловый скот.