Первые с конца

Яков просто сидел, пил из огромной кружки и старался ни о чем не думать. Получалось. Окружающие косились на него с опаской - на переговорах сержант про него много чего рассказывал страшного. Врал, конечно, но какая разница? Главное, на день крыша есть. Вдруг тишина прервалась гамом с улицы. Яков, не вставая с места, прислушался - кричали не свои, значит можно никуда не торопиться. Капитан отвернулся и хлебнул из кружки ещё раз. Вставать было откровенно лень.

    Крики за окном всё нарастали. Грозные вначале, потом звук удара и - тот же голос тоном ниже.

    — Да это же наш барон, - улыбнулся один из деревенских.

    В перебранку на улице ворвался ещё один звонкий голос - Магда крыла кого то армейской словесностью. По площадям. Деды аж заслушались, крякая одобрительно после каждого особо изысканного загиба.

    — Мужики, Вам этот барон сильно нужен ? - уточнил у них мастер-сержант , - а то его сейчас наша Магда убивать будет.

    — Да как сказать.

    Можно было бы, конечно, приказать сержанту выйти и навести порядок. Крикунов быстро оттащили бы на кладбище, под ограду, к самоубийцам. Не в первый раз. К чести роты сержант всегда относился очень ревниво. Тут на улице опять что-то стукнуло, потом зазвенело, раздался ещё один крик. Жалобный такой. И очень молодым голосом. Капитан вздохнул, отставил соблазнительно пенящуюся кружку, встал и вышел. Сержант только взглядом его проводил и вернулся к прерванному разговору.

    В пыли деревенской улицы барахтался кто-то совсем молодой в дорогом на вид, но совершенно мокром камзоле. Другой господин, дородный и сильно постарше застыл неподвижно. Застынешь тут, когда в спину упирается итальянский стилет, в лоб смотрит мушкетное дуло, а охрана старательно отворачивается - солдаты, недобро скалясь, взяли парочку в кольцо. Магда - руки в бока, волосы вразлет кричала на обоих, но уже вполголоса, выдыхаясь.

    —Отставить! - рявкнул капитан.

    —Привет, кэп, - Ганс Флайберг, ее муж улыбнулся, но направленный на барона ствол не опустил.

    —Убрать оружие, - капитан шагнул вперед, снял пострадавшему ведро с головы. Молодой, совсем ошалевший парнишка - мокрый насквозь, глаза потерянные - не верит, что это с ним. Яков помог пареньку подняться, потом выдал начавшему было возмущаться барону пару цитат из не к ночи будь помянутого маршала Валленштайна.